— Значит, вот зачем была нужна столь сильная шпионская структура внутри компании, — делаю вывод я. — Чтобы, когда сменится власть, легче было удержать её.
— Умный мальчишка, — смеётся Ярослав. — Да, Он был прав… Ты, пожалуй, самый опасный из всех Грозиных.
— Благодарю за комплимент. А кто это «Он»? — уточняю я.
— Вы правда думаете, что это я всем управлял? Построил весь этот теневой бизнес, договорился с Жаровым и Вальтером, создал сеть шпионов и много чего ещё? Я это начал, пытался воплотить свой план, но получалось у меня хреново. Пока Он не взял дело в свои руки.
— Хорош говорить загадками, — вставляет Юрий. — О ком речь?
— Я уже давно отошёл от дел, племянничек. Мой сын всем руководил. Именно он построил всю сеть внутри Династии и продолжал добиваться цели! Именно благодаря ему мы почти победили, — хрипло заканчивает Ярослав. — Почти…
— Твой сын? — спрашивает князь Грозин.
— Вы его знаете, — Ярослав откидывается в каталке, наслаждаясь моментом. — Он был к вам ближе остальных.
В зале становится тихо. Виталий бледнеет, будто видит призрак. Мы с князем медленно переглядываемся.
— Ромэн, — говорю я.
— Да, — Ярослав хохочет, хрипло, как ворон. — Мой мальчик. Ваш верный начальник службы безопасности. А вы не знали, что значит его фамилия? «Ораж» с французского переводится как «гроза».
Пазл в моей голове складывается за секунду. Ромэн. Он родился и жил в Европе, а детство провёл во Франции — именно там, где теперь поймали Ярослава. Сын русского и японки — кто была его мать, не имеет большого значения. Важнее, кто его отец.
Будучи сотрудником Династии и специалистом по безопасности, Ромэн имел все возможности, чтобы тайно строить сеть шпионов и руководить интригами.
Тот, кого мы считали главным агентом кукловода, на самом деле и есть кукловод!
— Охренеть, — произносит Юрий.
— Удивлены, да? — улыбается Ярослав, показывая жёлтые зубы. — Значит, мой мальчик прекрасно справился с задачей. Я хорошо его обучил и хорошо воспитал — в ненависти к вам и роду Череповых.
— Я не удивлён, — подаёт голос Алексей. — Честно говоря, я подозревал, что Ромэн и есть кукловод.
— Почему вы не рассказали? — спрашиваю я.
Алексей смеётся и отвечает:
— А ты бы мне поверил? Думаешь, я не знал, что ты подозреваешь меня?
— К сожалению, у меня были основания.
— Это правда. И знаешь, эти основания были не беспочвенны, — Алексей выходит на середину комнаты и встаёт рядом с Ярославом.
В комнате снова повисает тишина. Князь Грозин, сведя брови, спрашивает:
— Что это значит, брат?
Приподняв уголки губ, Алексей отвечает:
— Всё очень просто. Я был одним из агентов кукловода.
Треск дров в камине сразу кажется мне оглушающим. Но этот звук быстро заменяет другой — ускоренное биение пульса в моих ушах. Ладони холодеют, перед глазами на миг всё покрывается туманом.
Алексей… Мне не послышалось? Он только что признался, что работал на кукловода⁈
Мой двоюродный дед стоит, тонко улыбаясь и явно наслаждаясь тем, как ему удалось нас поразить. Ярослав издаёт короткий хриплый смешок, похожий на карканье.
— Не всё так славно в вашем семействе, как я погляжу, — говорит он.
Григорий Михайлович медленно поднимается, не спуская глаз с младшего брата. Юрий же, наоборот, резко подскакивает и сжимает кулаки.
— Стой на месте! — железным тоном приказывает князь.
Юрий дёргается, будто зверь на цепи, и рычит:
— Сука, ты нас предал!
— Этого я не говорил, — с улыбкой разводит руками Алексей.
— Тогда объяснись, и чем скорее, тем лучше! — требует Григорий Михайлович. — Хватит театральности, немедленно всё рассказывай!
— Хорошо, хорошо, — Алексей поднимает ладони, будто сдаваясь. — Если бы вы не думали обо мне так плохо, могли бы уже и сами обо всём догадаться. Слушайте.
Он беспардонно отодвигает инвалидное кресло с Ярославом в сторону, не обращая внимания на его ругательства, и встаёт по центру комнаты.
— Ещё до того, как всё это началось. До того, как Александр решил, что хочет вернуть себя и Анну в род, — начинает Алексей, — я уже работал с кукловодом. Я знал, да и все мы знали, что в Династии есть некая вредительская структура. Но мы не подозревали о её масштабах и о том, что она выходит далеко за пределы корпорации. Я копнул немного и понял, насколько всё плохо, и решил, что бороться с такой заразой напрямую слишком опасно.
— Ты решил это без меня⁈ — гневно нахмурившись, гремит князь.
— Да, брат, прости меня. Если бы я поставил тебя или кого-то другого в известность, вы бы начали действовать. А я понимал, что если мы начнём давить на врага — он будет давить в ответ. Собственно, я оказался прав, и мы совсем недавно в этом убедились. Кукловод… Ромэн дошёл до того, что сумел спровоцировать войну кланов.
Алексей переводит взгляд на меня и продолжает:
— Ты первым осознал масштаб проблемы после меня, Александр. Твой план был очень хорош, и он привёл к нужному результату. Но, думаю, ты и сам понимаешь, насколько он был рискован.
— Не менее рискован, чем ваш, судя по всему, — отвечаю я. — Мы могли рано или поздно посчитать вас врагом. И даже считали какое-то время.
