— В сельской больнице, недалеко от Рязани.
— В сельской больнице? Ты издеваешься? Ему нужна серьёзная помощь! — восклицаю я.
— Состояние стабилизировали, но пока что он в коме. Его нельзя перевозить. Ну, точнее, крайне нежелательно, — бурчит Оксана. — Я достала все необходимые лекарства. Если он выйдет из комы, то выживет.
— С кем он там сейчас?
— С врачами, с кем же ещё. Они не знают, кто он, а лицо так распухло, что его не узнать. Пока мы уезжали из Рязани, Медведевы уже атаковали Вронских. Я сказала, что это мой муж, — рассказывает девушка.
— Скажи точно, где он находится. Я отправлю к нему специалистов.
— Каких?
— Врачей, Оксана. Или ты до сих пор думаешь, что я хочу прикончить собственного отца? Кстати, как ты узнала? — спрашиваю я.
— Он бредил, пока я увозила его подальше от города. Несколько раз говорил, что любит тебя и Аню, и всё в таком духе, — отвечает она.
— Понятно. Спасибо, что спасла Сергея. Если бы ты не догадалась увезти его из города, его бы точно добили.
— Я подумала, что это мой долг. Больше там спасать всё равно было некого.
Кивнув, я говорю:
— Поехали. Я попрошу, чтобы тебя приняли в ДинаМед, и отправлю своих гвардейцев к Сергею. Ты назовёшь мне адрес или нет?
Я бы и сам сорвался к Сергею не задумываясь, но не могу себе позволить столь опрометчивый поступок. Это поставит в опасность нас обоих, да и не только нас.
Выжидающе смотрю на Оксану. Она говорит, в каком именно селе оставила Сергея. Я тут же звоню Виктору и приказываю отправиться туда, взяв с собой всех свободных охранников Вольги.
— Задача? — спрашивает Вик.
— Охранять больницу и человека, который лежит там в коме. Не подпускать никого другого, включая княжеских гвардейцев, людей Череповых и особенно людей Династии. Как понял?
— Понял хорошо. То есть если нас не послушают, вести огонь на поражение?
— Да, — коротко отвечаю я.
— Есть. А кого охраняем-то?
— Сергея Черепова.
— Ни х** себе. Так он всё-таки выжил⁈ — удивляется Виктор.
— Выжил, и не только он. Встречай нас, — говорю я, выходя на улицу.
Оксана выходит следом за мной, накинув на голову капюшон. Скоро из-за угла выезжает автомобиль, за рулём которого Вик. Он подходит к нам и ухмыляется:
— Оксанчик, солнышко. Я так и знал, что с тобой всё в порядке.
— Ты так думаешь? — бурчит она, поднимая лицо.
— Конечно, — Виктор даже бровью не ведёт. — Ты жива, вот что главное. Позвольте вас подвезти, госпожа капитан!
Он галантно открывает заднюю дверь и помогает девушке сесть. Остальные бойцы покидают позиции и возвращаются кто на базу, кто в поместье Грозиных. Мы с Виком и Оксаной едем в больницу Династии.
По дороге я звоню уже хорошо знакомому терапевту:
— Добрый вечер, Аркадий Тимурович. Не потревожил?
— Я сегодня на дежурстве, Александр. Вы насчёт своего вопроса? Лаборант только начал работать.
— Рад слышать, но у меня есть ещё одна просьба. Одной хорошей девушке требуется полный осмотр и консультация пластического хирурга. Анонимно.
— Со мной всё в порядке, — шипит Оксана, но я не обращаю внимания.
— Что-то вы зачастили в последнее время с личными просьбами, Александр, — смеётся врач.
— Я не понял, это претензия?
— Нет-нет, Александр, что вы. Я всегда рад помочь. Простите, это была неуместная шутка, — тушуется Аркадий Тимурович.
— Всё в порядке. Мы скоро приедем, — говорю я и кладу трубку.
Оставляем Оксану в больнице с парой моих гвардейцев, затем Вик отправляется на задание, а мы с Матвеем едем во владения Грозиных.
Когда подъезжаем к старому поместью, мне навстречу выходит Максим. Не ожидал увидеть его.
— Привет, Макс. У вас перерыв? — спрашиваю я подходя.
— Да, перерыв. Там все переругались, пока тебя не было, — он смотрит мимо меня, через плечо, но потом внезапно переводит взгляд прямо в глаза. — Саш, нам надо серьёзно поговорить. Наедине. Я думаю, что этот кукловод может быть внутри семьи…
— Почему у тебя вдруг появились такие мысли? — спрашиваю я.
— Потому что я внимательно слушал, кто и что говорит на совете. Особенно когда тебя не было, — отвечает Максим, опуская взгляд на мой подбородок.
— И какие выводы?
Макс оглядывается. Рядом с нами никого нет. Гвардейцы, стоящие на страже, находятся на приличном расстоянии от дома, но Максим всё равно говорит:
— Давай сядем в твою машину.
— Хорошо, — пожимаю плечами я, и мы направляемся к Лексусу.
Когда садимся внутрь, я прошу водителя:
— Матвей, оставь нас, пожалуйста.
Он молча кивает и выходит из автомобиля. Только убедившись, что он отошёл на несколько шагов, Максим начинает говорить:
— Князь точно ни при чём, подозревать его вообще странно. Мой отец тоже, он как открытая книга. И что бы ты про него ни думал, он переживает за судьбу рода и всегда был верен Грозиным.
— Ты прав. Твой отец на нашей стороне, хотя я ему и не нравлюсь, — соглашаюсь я.
Поправив очки, мой двоюродный брат сцепляет пальцы в замок и морщится. Несколько раз сменив положение, он продолжает:
— Уверен, что ты подозреваешь Виталия.
Это звучит как утверждение, а не вопрос, но Макс всё равно ждёт ответа. И я вынужден сказать:
