“Кобель” замычал более громко, но и на человеческую агонию это уже не было похоже. Тяжёлый молоток расплёскивал воду в районе промежности вновь и вновь. И тут удар пришёлся точно по мешку. Тело дёрнулось, как будто его ударили сильным током. В момент самого удара не было крика, но тело неестественно согнулось, как будто червяк на сковородке — та боль которую он испытал в этот момент было невозможно ни с чем сравнить; даже дыхание остановилось. Затем эта поза червяка повторилась ещё и ещё, словно он выполнял упражнение на пресс, только более неадекватное в плане амплитуды и в раз десять более резкое.
Тело более-менее успокоилось, и мычание возвратилось, только теперь оно звучало гораздо менее энергично.
Все это время мужчина в очках бомбардировал его пах своим молотком, и с каждым ударом чувствительность конвульсирующего тела снижалась: бездушный инструмент выколачивал из него всю боль, и оно слабело. Но вредо-чинитель всё бил и бил. Иногда он бил и по коленным чашечкам, а потом возвращался к мешку. Иногда он переключался и на его “виновный член”, атакуя его столь яростно, будто это ядовитая змея, что уже укусила его — тем самым совершая месть за своё убийство.
В конечном итоге “Кобель” сдох. Перестал двигаться. Отбитый половой орган теперь напоминал большую разбухшую сливу-мутанта.
Вторженец перевернул у себя в руке молоток, чтобы он смотрел острым концом вниз, а затем, этой частью инструмента человеческий плотник нанёс пять контрольных ударов по голове. На удивление тело отреагировало на них и дёрнулось, однако последние два удара походили на шлепки по мёртвой свиной туше.
По завершении, он поправил, а также протёр свои очки, прибегнув к тому же способу что и ранее: используя внешнюю сторону ладони. Только в этот раз данное действие соответствовало контексту, так как он держал в руке молоток. Затем благодаря плавному движению руки этот молоток упал в ванную и сразу погрузился на дно. Убийца выключил воду, и мощная струя стихла.
Глаза закрылись. Взгляд в потолок и очень продолжительный вздох…
Создавалось такое впечатление, словно он только что заново загрузил в свою голову всё, что сейчас произошло, и отфильтровал это.
И тут в кармане завибрировал телефон.
Он резко открыл глаза и ответил на звонок:
— Да?
— Рихард, надеюсь, я тебе не сильно помешала? — спросил энергичный женский голос. — Ой, раз ты ответил, значит, у тебя есть на это время! Чё-то я туплю!
— Задача выполнена, Вилен. Зачем ты звонишь?
— О, чудненько?! Хотя, чего это я так удивляюсь? Подобные задачи для тебя сущий пустяк!.. Вот только в этот раз… ты можешь погибнуть, Рихард.
— Ты отлично знаешь о моём диагнозе. Смертью меня невозможно напугать — она даёт мне силы… Говори, кого нужно убить?
— Раша, — коротко ответила она.
— Сына Пака?
— Да, его самого.
— …
— Рихард? — окликнула его Вилен.
— Хорошо, я всё сделаю.
Вид на логово ведьмы не сильно поменялся со временем: вся та же отрицательная атмосфера, веющая смертью и тьмой. А внутри всё так же чувствовался уют, несмотря на банки с разными организмами, старые книги и черепа, наваленные толстым слоем паутины, которая так же была и в каждом углу, а ожидание, что оттуда может выпрыгнуть гигантский паук, отбивало всякое желание поворачиваться к такому углу спиной. Но Раш отлично понимал, что всё это лишь декорации.
На звук оповещающего колокольчика пришла Шельма. Она выглядела всё так же готически-очаровательна: узкая тёмно-синяя роба с прорезом на груди, кошачьи стрелки на глазах и очень обворожительный взгляд. Увидев Раша, она заулыбалась и сказала:
— Ну, привет, красавчик. — Затем она зажгла сигарету и сделала затяжку. — Надеюсь, ты здесь не для того, чтобы снова искать Пака?
“Интересно как бы отреагировала Мика, на то, что она тебя так назвала, Раш? — сказал Нибрас. — Страшно даже подумать какая она в ревности”.
— Привет, Шельма. В этот раз мне нужно отправиться в загробный мир, — коротко сообщил Раш. — 30000 рублей подойдёт?
Ведьма опустила взгляд в задумчивости. Ещё одна сигаретная втяжка и она ответила:
— По рукам… Поможешь мне притащить из подвала пару дохлых свиней?
“Раш, ты же не думаешь, что она?..” — пугливо произнёс Нибрас.
“Успокойся, не будет, она их есть. Она человек, а не какой-то монстр”.
Раш спустился в подвал за двумя ингредиентами. Внутри было очень прохладно, однако он этого не ощутил — только видимое собственное дыхание являлось доказательством. Здесь оказалось на удивление просторно и на крюках висели не только свиньи, но и другие мёртвые животные: козы, птицы, ящерицы, даже что-то напоминающее небольшого дракона.
— Это что, дракон? — даже хладнокровный Раш не удержался, чтобы спросить.
