Весь день Динка беспокойно прохаживалась около крыльца и, еле дождавшись вечера, побежала к трем березам.
- Идем, - шепотом сказала она Дмитро. - Я уже нашла место... Мы спрячем его в дупле старого дуба... Пойдем, Федорка!
- Э, ни! Я боюсь... - усаживаясь в траву и натягивая на коленки платье, замотала головой Федорка. - Я тут обожду... Бо воно как стрельнет, так и живой не останешься.
- Ну, нехай сидит. - Дмитро, задевая за ветки своим длинным пиджаком, пошел за Динкой.
В хате уже горели свечи; Мышка и Алина стелили постели, ждали со станции мать.
- Скорей, скорей! - торопила Динка. - Сейчас Ефим вернется со станции, он поехал за мамой...
Дмитро, сбросив пиджак, полез под крыльцо. В темноте были видны только босые пятки...
- Нашел? - нетерпеливо спрашивала Динка, поглядывая с опаской на дверь, из которой каждую минуту могли выйти сестры.
Дмитро молча шарил под крыльцом; потом наконец вылез. держа в руке что-то тяжелое. Динка увидела приклад и дуло настоящего ружья... Такое ружье, только много длиннее, она видела у дяди Леки, когда он собирался на охоту.
- Пошли! - сказал Дмитро.
Под старым дубом, в который ударила когда-то молния, оба остановились.
Огромный, широкий дуб выгорел и обуглился изнутри. Несмотря на это, толстые сучья его зеленели ветками, и наверху виднелось узкое, глубокое дупло.
Дмитро ловко вскарабкался на дерево и, положив в дупло свой обрез, благополучно спустился вниз.
- Пусть там и лежит, - сказала Динка. - А потом, когда я на следующий год приеду, мы решим, что с ним делать.
Федорка одобрила это решение. Все трое еще немного пошептались и, решив завтра обязательно свидеться, разошлись.
Глава двадцать восьмая
"СВЯТАЯ КРИНИЧКА"
Хуторские знакомые внесли в Динкину жизнь новые впечатления. У Федорки было много дела по дому. Отец ее служил сторожем в экономии пана, мать работала птичницей. Кроме Федорки, в семье были еще младшие дети. Федорка вместе со старой бабкой нянчилась с ними, поэтому у нее только в воскресенье выдавалось свободное время побегать с Динкой, но, несмотря на это, девочки уже побывали в казенном лесу, побывали и в соседних селах... Дмитро приходил чаще; его интересовало, что делается на хуторе. Усевшись в кустах, он часами смотрел, как Ефим чинит крышу и строит терраску.
- Вот как бы не взяли мы под крыльцом обрез, то ваш Ефим нашел бы его, говорил Дмитро.
Вечерами то он, то Динка лазали на дуб проверять, лежит ли в дупле обрез.
- Лежит, - шепотом говорила, прыгая на землю, Динка.
- Лежит, - передавал Федорке Дмитро.
- Ну и пусть лежит, - с облегчением говорила Федорка. - Стрельнет, так в дуб...
Она очень боялась обреза. Как-то в воскресенье Федорка собралась в казенный лес под Ирпенью и зашла за Динкой.
- Пойдем с нами! Люди говорят, что в казенном лесу объявилось чудо! Там есть такая криничка<Криничка (укр ) - родничок.>, и вот когда нагнешься над ней и посмотришь на дно, то там божья матерь является!
- Да ну? - удивилась Динка. - Откуда же она является?
- Ну, в воде, конечно.. Только не все ее видят, который человек очень грешный, тому ничего не видно... Вода и вода. А который безгрешный, тот видит.. Вот бабка и посылает меня... Пойдем, может, сподобит нас господь! перекрестившись, сказала Федорка.
- Пойдем! - равнодушно сказала Динка. - Только меня господь не сподобит, я неверующая!
Девочки пошли. Побегав по казенному лесу, они добрались до "святой кринички", как ее окрестили старухи, и с любопытством заглянули в нее. Криничка была неглубокая. Сквозь чистую прозрачную воду видно было дно. Динка нагнулась первая.
- Ничего тут нет! - засмеялась она.
Федорка, шепча какие-то молитвы и мелко крестясь, заглянула в криничку.
- Ой, мамонька моя! - простонала она. - Не вижу... Ничего не вижу... Не хочет мне божья матерь показаться. За грехи мои не хочет... - Федорка расплакалась. - Ну как я дома скажу, что не сподобил меня господь?
- Да чепуха это! Ничего там нет. Никто и не видит.
- Ох, нет, нет! В прошлое воскресенье сам батюшка в церкви говорил! И две старухи сами видели... Лежит в воде икона божьей матери с младенцем на руках. Безгрешные старухи, они и видели! А я, грешница, ничего не вижу...
Всю дорогу Федорка плакала, а Динка сердилась:
- Враки это все! Никто там ничего не видел! На следующее воскресенье девочки опять пошли. На этот раз около "святой кринички" собрался народ: матери принесли детей, появились откуда-то батюшка и два монаха...
Люди заглядывали в криничку, били себя кулаком в грудь, плакали горькими, покаянными слезами... Динка, протиснувшись вперед, к своему удивлению, увидела в воде икону божьей матери и, подозвав Федорку, сказала:
- Смотри скорей, а то опять будешь плакать! Вот она, твоя божья матерь!
Федорка глядела, крестилась, радовалась:
- Сподобил господь...
Но на обратном пути ее одолели сомнения:
- А ты, Динка, тоже видела божью матерь?
- Конечно, видела. Это же икона! Ее сами монахи подложили! Вот хитрюги какие! - хохотала Динка.
- Смотри, накажет тебя бог! - пугалась Федорка. - Не насмехайся лучше!
