Я задумчиво тру шрам. Мне почему-то кажется, что Кода сейчас развернется к нам бронебойным боком и вообще начисто уйдет со «Внутримира». И сам новый аукцион сделает, только бы нас оставить с носом.
– Иль, не куксись. Идеальных преступлений не бывает. И идеальных преступников тоже. Рано или поздно, но мы его поймаем. Главное, не оставлять попыток.
Но в кои-то веки у нас выдалось несколько спокойных часов: мы продолжаем перебирать идеи, одну хуже другой, приносим кофе из кофейни, заказываем еду в офис и дописываем все отчеты, потому что на более активные действия уже и сил особо нет после всей этой гонки.
А потом Кольбейн вызвал нас снова, и мы, теряя кто обувь, а кто и баланс, несемся обратно к нему, уж больно интересно узнать, что же имеет о происшедшем сказать Тир.
– Кольбейн, – сейчас сидхе выглядел куда менее довольным, чем в прошлый раз. – Я ознакомился с материалами. И что же ты хочешь?
– На основании собранных доказательств я требую выдачи этих людей, совершивших серьезные преступления против Альянса. Что я еще могу требовать?
– Дело, вне всякого сомнения, серьезное, – с весьма постным лицом сказал Тир на следующей записи, и я отчетливо и обреченно понимаю, что никого он нам не отдаст. – Но требует разбирательств с нашей стороны. В конце-концов, я не могу просто так поверить, что мой друг детства внезапно решил подзаработать денег на запрещенных веществах. Хотя Забрин у нас не запрещен, кстати.
– Мы полагаем, что деньги от наркоторговли использовались для финансирования ваших всяких там социальных проектов в Созвездии. Разве можно одобрять тот факт, что вы строите свое благополучие на страданиях и бедствиях людей Альянса?
– Меня, в общем-то, больше интересуют мои собственные люди, Кольбейн. Я, без сомнения, благодарен вам всем за проведенную работу, и я поговорю с Кирсом и его коллегами, но просто так выдать вам тех, кто много лет беспрестанно работает на благо моей страны, я не могу. Поэтому я, конечно, вынужден отказать вам в выдаче.
– Будешь покрывать преступников, ар-Ллеа?
– Буду поддерживать своих людей, Кольбейн. То, что и ты, и я делаем всегда, всю жизнь. И, да, передай от меня личную благодарность за расследование Илю, – и он отключился.
– Личную благодарность! Каков наглец, – пробубнил Кольбейн, глядя в ту точку, где была голограмма Тира, с такой ненавистью, что пол едва не дымился. – Как будто мои сотрудники ради его просьб работают!
Мы переглядываемся и молчим, чтобы не попасть под горячую руку. Это я, когда бешусь, могу кинуть мебель, а Кольбейн скорее взорвет мозги всем окружающим напрочь. То есть, мне не взорвет, и причинить вред своей команде я не позволю, но зачем нам лишние проблемы и разборки?
– Не выдаст он! – продолжил бурчать Старик. – Своих людей, мать его разэдак! Козлодой паршивый! Нет, вы его слышали?
– Вы будете обращаться с официальным запросом в Созвездие по этому поводу?
– Конечно. Но результат уже сейчас можно предсказать. Если лично Тир не выдаст – его Совет точно хвост подожмет. Никто из них против своего божества голосовать не станет.
– Значит, мы ничего не можем сделать.
– Официально, нет, – Старик явно попытался успокоиться и начал делать знакомые мне дыхательные упражнения, которые способствуют снижению уровня эмоциональной вовлеченности. Мне их регулярно рекомендовали некоторое время назад, но постепенно эмоциональный фон выровнялся, и я куда менее вспыльчив, чем бывало. – Официально, – повторил он и посмотрел на меня. – На фоне этого Кода меня интересует намного меньше. Я, в целом, даже надеялся, что Тир проявит благоразумие и справедливость, особенно после всех громких заявлений.
– Я не думаю, что неофициальный запрос чем-то поможет, – морщу нос я.
Кольбейн кивнул, и мне даже не надо напрягаться, чтобы услышать его ментальный голос, не надо устанавливать связь, потому что он почти кричал.
«Значит, надо сделать неофициальный не-запрос. Дай мне знать, если нужен будет отгул или что-то такое».
– Да уж, – сказал он вслух. – Свободны.
– Каков мерзавец! – возмутилась Дип, плюхаясь в свое кресло.
– А чего мы, собственно, ждали? – скептически проговорил Кин. – Это его люди, его страна. Они причиняли вред Альянсу, а не Созвездию, и пускали все эти средства не на личное обогащение, а на пользу своей стране. Так что, чего ему их выдавать? Это его ручной криминалитет. Я не удивлюсь, если он был в курсе – хотя бы частично.
Я молчу, но открываю материалы дела и начинаю перебирать заново в поисках чего-то, что помогло бы мне выполнить неофициальное распоряжение руководства.
– Это все ужасно несправедливо. Они нам тут развезли грязюку на всю Тайрену, втянули кучу людей в свое дерьмо, подсадили кучу школьников на свою дрянь, и – все? Спасибо за бабки, мы скоро вернемся с новыми гастролями?
– Кстати, надо узнать, что там с отловом конечных дилеров, – спохватился Кин. – Не хватало еще, чтобы кто-то остался не выкорчеванным.
