— Не убегать, – ответил Жон. – И не бросать мужа одного с новорожденным ребенком.
— Угу, – кивнул Кроу, опрокинув в себя остаток содержимого стакана. – Ты прав – за это не может быть никакого прощения. В конце концов, Янг ей ничего не сделала. Но даже если Рейвен поступила плохо, то это ничуть не меняет того факта, что мы обошлись с ней ни капельки не лучше.
— Не меняет, – согласился с ним Жон. Как бы ему ни нравились Кроу с Тайянгом, он всё же понимал, что им не следовало отмахиваться от проблем Рейвен. – Но нельзя сказать, что во всем виноват лишь ты. Люди постоянно совершают ошибки, а вы тогда были пусть уже не детьми, но всё еще подростками.
— Взрослыми. Нам всем исполнилось по двадцать одному году.
— Вчерашние подростки, – закатил глаза Жон. – Люди не идеальны, и оглядываясь назад, ты всегда увидишь множество ошибок.
— Ты хоть понимаешь, что тебе самому только восемнадцать лет? – поинтересовался Кроу. – Рассуждаешь о нас так, словно мы были детьми.
— Иногда я ощущаю себя гораздо старше своего возраста.
Особенно когда не блевал в Буллхэдах.
— К тому же в деле совершения разнообразных ошибок ты просто не найдешь человека опытнее меня, – добавил Жон. – Я имею в виду, что вся моя жизнь практически полностью состоит из ошибок.
— Ха. Знаешь, Озпин как-то раз сказал о себе примерно то же самое. Ну, о том, что по количеству совершенных ошибок с ним не сумеет сравниться ни один из ныне живущих людей.
— Если учесть, что он постоянно восстает из мертвых, то я бы не стал придавать его словам особого значения. Всё равно не слишком честно участвовать в подобном соревновании, когда жил уже несколько сотен раз, – ухмыльнулся Жон. – Но я уверен, что по количеству совершенных ошибок легко смогу превзойти любую его жизнь, если брать ее отдельно от остальных.
— Ха! – усмехнулся Кроу. – Вполне возможно.
— Но ты веришь Озпину даже после того, что узнал от Рейвен?
— Ага. Наверное… Это плохо? Рейвен в кои-то веки сумела до меня достучаться, а я всё равно верю Озпину. Это ведь неправильно, да?
— Понятия не имею, – пожал плечами Жон. – Впрочем, сомневаюсь. Вы всего лишь не захотели слушать Рейвен, а вовсе не отказались ей верить. Сейчас, когда минуло почти два десятилетия, ты всё же выслушал то, что она собиралась тебе сказать, но у тебя по-прежнему есть свое собственное мнение насчет ее слов.
— Ага, – вздохнул Кроу. – Да, ты прав. Мы повели себя крайне скверно, когда ее проигнорировали, но и Рейвен поступила ничуть не лучше, убежав от Тая с Янг. Думаю, если бы я ее тогда все-таки выслушал, то всё равно принял бы сторону Озпина. Просто… А что, если бы удалось помочь ей преодолеть проблемы с доверием и убедить остаться вместе с нами?
— Возможно, так бы и получилось, но тогда бы не родилась Руби. Прошлое осталось в прошлом, Кроу, и нет никакого смысла за него цепляться.
— Угу, – буркнул тот, отвернувшись от Жона.
К его немалому облегчению, Кроу, похоже, все-таки справился с острым приступом ненависти к самому себе. Разумеется, еще предстояло встретиться с Тайянгом и рассказать о том, что довелось узнать от Рейвен, но разобраться с его чувством вины наверняка будет всё же несколько проще.
— Подумать только: парень вдвое младше меня дает советы насчет того, как следует жить дальше…
— Ну, Озпин не зря назначил меня школьным психологом, а ты тоже когда-то был студентом.
— Ты точно не пытаешься ко мне подкатить? Сразу же предупрежу, что нужно нечто большее, чем пара стаканов выпивки, чтобы забраться ко мне в штаны.
Жон рассмеялся, прекрасно поняв, зачем понадобилась столь резкая смена темы разговора. С Кроу всё будет в полном порядке. Через несколько дней он окончательно успокоится и придет к согласию с тем, что совсем недавно выяснил.
— Ладно, тут я попался. Полагаю, ты расскажешь нам, что удалось узнать от Рейвен, когда мы вернемся обратно в Бикон?
— Ага. Дай мне пару дней, чтобы прийти в себя, и я подготовлю отчет. К тому же там оказалось не так уж и много того, что не было нам известно, но кое-какие моменты всё же вызывают некоторое беспокойство. Нет, ничего такого, что потребовало бы немедленных действий, – поспешил добавить Кроу, взяв со стойки вновь наполненный стакан. – Ладно. Как насчет небольшого тоста?
Жон пожал плечами и тоже поднял свой стакан. Нео присоединилась к ним, а ее Невермор слегка покачнулся на руке.
— За что пьем?
— Да хрен его знает. Неважно – лишь бы до беспамятства.
— Ага, выпьем!
Нео молча придвинула свой стакан к тем, что держали в руках Жон и Кроу.
***
Жон проснулся от жуткой головной боли и того, что кто-то пинал его ногой в плечо. Он тут же застонал.
— О, похоже, они еще живы. Это хорошо.
— Но не для них, – возразил ледяной голос, показавшийся Жону смутно знакомым. – Так вот какой пример вы подаете студентам, директор? Весьма впечатляет.
— Ох, – снова застонал Жон, приоткрыв один глаз и увидев нависшую над ним Глинду. – Ч-что произошло?
— А вот этот вопрос мне бы хотелось задать вам, директор.
