Синдер коротко пересказала известные ей моменты и продемонстрировала некоторые фотографии с записями на экране своего свитка. Фрия слушала ее, наблюдала отрывки новостных репортажей и чувствовала, как внутри поднимался ужас.
— Атлас выстоит, – подвела итог Синдер. – По крайней мере, все в это верят. Но жертв будет очень много – да и то лишь в случае, если дело ограничится прямой атакой на стены города. Думаю, и так ясно, что осада может пойти по не столь радужному сценарию. Атлас, наверное, все-таки не падет, но… полагаю, ты и сама всё прекрасно понимаешь.
— Понимаю, – кивнула Фрия, вернув ей свиток. – Удивлена, что меня до сих пор не убили.
— Для такого поступка они слишком мягки и слабы. Их страшит необходимость принимать жесткие решения.
Фрия приоткрыла один глаз и улыбнулась.
— Да? А кое-кто называет это “гуманизмом”. Вот если бы ты сейчас оказалась во главе Атласа, то как бы поступила?
— Выкатила бы тебя в инвалидном кресле на стену и приказала наносить удары один за другим, пока ты не испустила бы дух.
— Хм… Довольно цинично. Ты заставила бы меня применять мои силы для защиты Атласа до самой смерти, понадеявшись на то, что они потом уйдут не слишком далеко, а потом повторяла бы процесс снова и снова, верно?
Синдер молча кивнула.
Это было ужасно, жестоко и крайне эффективно.
Фрия задумалась, сжимая в ладонях чашку с чаем.
Предложенная Синдер стратегия предназначалась для куда более безжалостных времен, когда множество жизней приносилось в жертву ради общего блага. Но сейчас снаружи бушевала как раз такая битва.
— Расскажи мне о себе, Синдер, – наконец попросила Фрия. – Только не о прошлом, а о том, кто ты есть на самом деле. Каковы твои мечты? И пожалуйста, ограничься чистой правдой, поскольку ни у одной из нас нет времени на полуложь и прочие приукрашивания.
Синдер некоторое время смотрела на нее, после чего кивнула.
— Хорошо. Я – весьма жестокая женщина. Наверное, социопатка, а кое-кто и вовсе назвал бы меня психопаткой. Достаточно сказать, что я присоединилась к самому злому существу на всём Ремнанте только ради получения могущества и до сих пор желаю его обрести. Просто ко мне пришло осознание, что с Жоном Арком шансов на успех будет куда больше.
— И ты предпочитаешь всегда находиться рядом с тем, кто стоит на вершине?
— Да. Не стану лгать, утверждая, будто чьи-то там жизни важнее моей собственной. Это не так. По крайней мере, для меня самой. Я эгоистична и не стесняюсь данный факт признавать.
— Все люди эгоистичны, девочка. Мы ставим себя в центр наших маленьких вселенных, беспокоясь лишь о небольшой толике населения планеты – тех, кто нам дорог. Разумеется, существуют и другие. Они посвящают свои жизни благотворительности, но даже им видна только крохотная часть огромного мира. У всех нас восприятие серьезно ограничено…
— Ради собственного выживания я готова сделать то, что будет необходимо, – пожав плечами, продолжила Синдер. – И к Жону присоединилась как раз по этой причине – он стал моим единственным шансом на жизнь, поскольку Салем явно ищет способ сделать ее как можно короче и мучительнее.
— Тебе некуда бежать…
— Да.
У нее не имелось никаких других вариантов и, подобно загнанной в угол крысе, она была крайне опасной. Синдер просто не могла ни вернуться к своей прежней хозяйке, ни покинуть нынешнего. Даже предавать его для нее не имело ни малейшего смысла.
И да, разумеется, Фрия знала и о магии, и о Салем, раз уж обладала осколком первого в виде сил девы и сражалась со второй.
— Не могу назвать Винтер плохой, – задумчиво произнесла она. – Смелая, верная и целеустремленная. Пусть опыта общения ей иногда не хватает, но Атлас она будет защищать до последнего вздоха. Или у тебя есть что возразить?
— Нет. Ты ее знаешь гораздо лучше, чем я, и скорее всего, не ошибаешься. Винтер легко умрет за Атлас.
— А ты?..
— Мне на Атлас наплевать, и умирать здесь я точно не планирую.
— Разве это не трусость?
— Сдохнуть может любой, Фрия, и никакой храбрости тут не требуется. Да, Винтер смелая и верная, но еще совершенно не гибкая. Она подчиняется чужой воле и всегда будет стараться сдерживать силы девы, потому что именно это ей и прикажут. Кто-то другой станет решать за нее, как именно воспользоваться подобной мощью, и даже если распоряжения окажутся неверными, Винтер всё равно их выполнит, потому что так поступают хорошие солдаты.
— А ты проигнорируешь “неправильные” приказы?..
— Да. Я предпочту выжить и достичь моих целей, а тот, кто считает иначе, может попытаться меня остановить, – ответила Синдер, подавшись вперед. – Я присоединилась к Салем – думаю, это само по себе многое говорит о моей решимости идти до самого конца. Поражение от руки Жона в данном плане абсолютно ничего не изменило. Я не собираюсь погибать и обязательно одержу победу!
Девчонка возле двери трижды хлопнула ладонью по стене, привлекая к себе их внимание. Она так и не произнесла ни единого слова, лишь покачав головой, указав на выход и ткнув пальцем за спину.
