— Нам действительно нужно поговорить насчет командных тренировок, – произнес Жон. – Но имеется еще одна тема, которую стоит обсудить. Она связана не столько со мной, сколько с Озпином, так как кое-какая информация обнаружилась уже после его смерти. Думаю, ты не единожды задавалась вопросом о том, почему он принял тебя в Бикон на целых два года раньше положенного срока, и наверняка заинтересовалась тем фактом, что ему показался любопытным цвет твоих глаз.
— Эм… – пробормотала Руби, почувствовав, как по ее виску скатилась капля пота. – Да, вот именно так всё и было!
Жон уставился на нее.
Руби продолжала потеть под его взглядом, мысленно бросив кубики для проверки на блеф.
— Ты ведь понятия не имеешь, о чем сейчас идет речь, верно? – наконец нарушил он затянувшееся молчание.
Похоже, на кубиках выпал критический промах.
— Разве тебя не смутило столь неожиданное поступление в Бикон? – спросил Жон.
— Ну, я пребывала в восторге! – ответила Руби. – И решила, что это произошло из-за моей суперкрутости!
Тот факт, что Жон вообще завел разговор на данную тему, подразумевал какую-то другую причину ее поступления в Бикон, и это оказалось довольно обидно даже несмотря на прошедший с того момента год.
— Разве я не суперкрутая?
Оскар зажал себе рот ладонью, давясь от смеха.
— Суперкрутая, – со вздохом подтвердил Жон.
“Да!”
— Но в Бикон тебя приняли совсем не из-за этого, – продолжил он. – Скажи, что произнес Озпин, когда вошел в комнату для допросов в полицейском участке? Какими были его самые первые слова?
— Печенье, – ответила Руби, встретившись с Жоном взглядом.
Тот еще раз вздохнул.
— Но это и в самом деле так! – настояла на своем Руби. – Я точно помню, что первым делом он предложил мне печенье с шоколадной крошкой, причем не слишком хорошее – немного черствое и излишне рассыпчатое! Думаю, оно было куплено в ближайшем к полицейскому участку магазинчике, а там редко продают качественные продукты.
Янг подобное явление называла “капитализмом”. Это когда сэкономленные на производстве деньги считались важнее, чем нормальное печенье!
— Я решила, что отказываться будет не очень вежливо, и всё съела, – на всякий случай добавила Руби.
— Ты уверена, что съела его именно из-за вежливости? – поинтересовался Оскар.
— Ага.
— Руби, – произнес Жон, оторвав ладонь от лица. – Глаза. Он должен был упомянуть цвет твоих глаз.
— Разве?..
— Да. По крайней мере, мне так говорили, – кивнул Жон, на мгновение покосившись в сторону Оскара, но тут же снова уставившись на Руби. – Меня там, конечно же, не было, но судя по полученной мной информации, он начал разговор с цвета твоих глаз.
— Думаю, твоя информация неправильная. Я там была и потому знаю лучше.
Жон опять по совершенно непонятной причине посмотрел на Оскара, в то время как тот едва сдерживал смех. Но Руби ведь действительно знала лучше!
— Озпин вошел в дверь и предложил мне печенье, а потом спросил, кто меня обучал такой суперкрутости, и я продемонстрировала ему мои потрясающие навыки рукопашного бо-…
— Руби, за рукопашный бой у тебя стоит самая низкая оценка среди всех первокурсников.
— Я тут рассказываю историю или ты?!
— Даже Оскар умудрился тебя в нем обойти.
— Неважно! – слегка повысила голос Руби. – Когда Озпин оценил мои потрясающие навыки, то сказал: “Руби, ты так суперкрута, что я просто вынужден забрать тебя с собой в Бикон”. А я ему ответила: “Ну ладно, раз вы настаиваете”. Вот именно так всё и было.
— Именно так?
— Ага.
— Озпин поручил Оскару поискать в Мистрале информацию о твоих серебряных глазах, поскольку его крайне заинтересовал данный вопрос. Возможно, он просто забыл тебе об этом сказать. Ну, или ты сама не замети-…
— Наверное, забыл, – кивнула Руби.
— Ага, конечно. Почему бы и нет? Ладно, давай продолжим… – пожал печами Жон, после чего достал из ящика рабочего стола толстенный фолиант и положил его перед Руби.
Во все стороны полетела пыль, а сама Руби в ужасе отшатнулась, поскольку недавние экзамены напрочь отбили у нее всяческое желание в ближайшее время приближаться к каким бы то ни было печатным источникам знания.
— Оскар сумел отыскать вот эту книгу в личной библиотеке Леонардо Лайонхарта. Тут имеется информация насчет твоих глаз: что конкретно делает их особенными, и почему тебя хотят убить наши враги.
Руби удивленно моргнула.
— Меня хотят убить какие-то враги?
— Пожалуйста, только не говори мне, что ты не заметила их попыток это сделать.
— Нет-нет, я всё заметила. Просто… не думаю, что они ненавидят меня больше, чем кого-либо еще, – пробормотала она, махнув рукой в сторону Жона. – И ты их всегда интересовал гораздо больше, чем я. По крайней мере, Синдер. Ну, пока Воттс за ней не пришел, и она его не убила.
— Это потому что из-за кое-каких дурацких случайностей я для них теперь являюсь целью номер два, – пожал плечами Жон.
— А кто тогда цель номер один?
— Оскар.
Руби резко побледнела.
— Но почему?! – воскликнула она.
