В механическом цехе

Цех приступил к изготовлению деталей для корабля В-7 бис с 1 ноября и первые две недели уже показали, что старые недочёты не изжиты. Старые ошибки повторяются.

В части планирования наблюдается старая бессистемность, старая расхлябанность.

Чертежи спускаются не попутно с заданием, а значительно позже, причем необходимый материал не заготовлен.

Задание приступить к работе получено 1 ноября, а план спускается бригадам задним числом 13 ноября.

В чертежах по-старому имеются ошибки, неточности, которые исправляются конструкторами на ходу и без всяких возражений (пальцы шарнирных узлов).

Не лучше обстоит дело и с оборудованием.

Штурмовые работы по кораблям В-6 и В-7 в конец добили и без того убогое и изношенное оборудование.

За весь период производства названных работ не приобретено ни одного 3-кулачкового патрона. Без них идёт работа и сейчас.

В цехе беспрерывно наблюдается, как одна за другой перегорают пробки моторов. По вечерам отражается на работе станков качество электропроводки.

Никак не разделается цех и с аварийными работами.

Ежедневно вне плана поступают аварийные работы по кораблям В-2, В-6 и др., выполняемые за счет плана по кораблю В-7 бис.

Разговоры об отеплении цеха так и остались разговорами. Цех не отеплён, станки уже теперь мёрзнут и туго поворачиваются.

И. Гланц

Отставание от графика появилось с самого начала строительства В-7 бис. Производственная программа ноября была выполнена только на 77%. Киль корабля по плану в текущем году должен был быть уже закончен, однако и в декабре его изготовление даже ещё не начали. Вновь не хватало квалифицированных рабочих рук (медников, слесарей-сборщиков и других), оборудования и приспособлений, по некоторым группам деталей не было ещё чертежей.

А между тем, не вняв предостережениям ведущего инженера Харабковского, руководство установило малореальный срок готовности В-7 бис – 1 мая 1935 года. А начальник ГУ ГВФ Уншлихт, видимо, решив подстраховаться, ещё более сократил этот срок, приказав выпустить дирижабль к 10 апреля.

Оглядывая пройденный Дирижаблестроем путь, начальник конструкторского бюро Гулин выдвинул идею издать сборник «Пять лет работы Дирижаблестроя», в котором надо было подвести итоги и обобщить опыт проектирования, строительства и эксплуатации дирижаблей. Флаксерман начинание поддержал, но реализовано оно, судя по всему, так и не было.

В начале месяца страну всколыхнуло известие об убийстве Кирова. Не было предприятия или организации, где не прошли бы собрания и митинги трудящихся, гневно осуждавших убийц и требовавших суровой расправы с ними. Собирались и дирижаблестроевцы – отдельно по цехам и другим подразделениям. Вот некоторые заголовки газетных сообщений об этих собраниях:

«Память о тов. Кирове будет жить в наших сердцах»;

«Тесней сплотимся вокруг ВКП(б)»;

«Беспощадно расправляться с классовым врагом»;

«Грудью встанем на защиту завоеваний Октября»;

«Усилим классовую бдительность»;

«Ещё больше развернём социалистическое соревнование»;

«Будем зорче охранять социалистическую собственность».

Последний заголовок – заметка о собрании в отряде охраны Дирижаблестроя. С военной прямотой общее собрание стрелков просило «советское правительство к убийце и его вдохновителям применить высшую меру социальной защиты», то есть расстрел.

Именно в это время у будущих долгопрудненцев был шанс получить иное наименование и сегодня зваться кировцами или кировчанами. Усилия в этом направлении предпринял механик Ломов. Было ли это его собственной инициативой или шагом, согласованным с руководством, неизвестно.

Перейти на страницу:

Все книги серии Международный полярный год

Похожие книги