Дирижера, слух о котором после победы над колдуном Морсусом распространился по Изнанке, обвиняют в ненадлежащем использовании магии в своем мире, что запрещено законами волшебников. Музыкант вынужден понести наказание: на время его отбывания он причислен к штату работников музейно-архивного хранилища. Во время дежурства Покровского кто-то пытается выкрасть хранящийся в архиве перстень побежденного чародея. Зачем и кому он нужен? Дирижер невольно узнаёт окутанную мраком историю вокруг перстня, однако теперь эта тайна может привести к опасным последствиям...
Все мои приключения в волшебном мире Изнанки продолжились и все великие спасения и сражения там же так и закончились, если бы не судебный процесс.
Через неделю после премьеры, открывшей новый театральный сезон, в мой выходной в квартиру, как и несколько месяцев назад, заявился Улло. Всё так же молча и всё так же внезапно, как говорится, без объявления какого-либо ультиматума. Он, серый как туча, держа в руке контрабасный футляр с волшебным миром внутри, тихими шагами вошел в гостиную, где я со своей семьей смотрел полнометражный мультфильм, и встал в позу, в упор глядя почему-то не на меня, а на Лизу. Ага, подумал я, значит, уже по пути навеял на моих родных чары, включил им участок мозговых нейронов, отвечающих за якобы его, Милиана, «узнавание». Потому все мы крайне удивились его появлению. Младшая дочка, крохотная Танечка, спала в соседней комнате, нашей с супругой спальне. От недоброго вида своего магического наставника я малость стушевался, хотя должен был уже привыкнуть.
Супруга словно бы поняла Милиана без слов и встала с дивана, пристально глядя на Улло. У них что, поединок «Кто кого пересмотрит»? О, ну если безмолвному сражению не миновать, тогда подождите, не начинайте без моего присутствия, я должен отлучиться! Ведь, так понимаю, дело, какое бы оно ни было, касается меня – иначе стал бы Милиан соревноваться с Лизой за внимание ко мне! Я поднял указательный палец, оповестив всех молчаливых и восторженных, что ненадолго покидаю гостиную, чтобы проверить в кроватке Танюшу. Под контролирующий взгляд супруги и возбужденный – Ариши я максимально осторожно поднялся с дивана и поковылял в спальню. Милиан даже не моргнул, не одарив меня провожающим взглядом.
Ариша разрывалась на части: либо последовать за мной и, если что, помочь несчастному покалеченному раненому отцу уложить свою внезапно проснувшуюся (если так и будет) сестренку, либо остаться в гостиной и наблюдать за волшебным дедом: вдруг он сотворит что-то чудесатое. Но семейная ответственность и взаимовыручка взяли верх, и дочка в два прыжка достигла меня, не успел я на своих полутора достичь дверного косяка. Я улыбнулся и последовал за дочкой в спальню. Там мы вдвоем склонились над нашей Таней, укутанной ярким одеяльцем с принтами мишек-тедди, включили ночник в виде пухлого кролика, который был ровесником Ариши и до сих пор исправно работал, и поспешили вернуться в гостиную. Танечка, радость папина, тихо-мирно спала и посапывала.
А нас словно ждали: молчание прерывалось лишь репликами мультперсонажей из телевизора. Игра в гляделки продолжалась. Оп, Лиза моргнула! Мы с Аришей протиснулись к дивану, сели, потерли коленки и внимательно уставились на Улло. Тот дернул крыльями носа. Мы чуть суровее посмотрели на Лизу. Та вздернула подбородок. Несколько раз с разным выражением лица я и дочка крутили головой из стороны в сторону, следя за изменениями в лицах визави. Следили до тех пор, пока в один прекрасный момент Милиан и Лиза, словно сговорившись, перевели взгляд на меня и уставились в упор. Я вздрогнул и похолодел. Даже больная нога заныла. Ариша решила не быть крайней и тоже вытаращилась на меня. Теперь я ощущал на себе взгляды трех пар глаз. Была бы у меня способность, я и сам на себя посмотрел, но без помощи зеркала это никак. Хорошо, что в гостиной нет кота, я бы не пережил еще один осуждающий взор.
Как вскоре оказалось, я стал жертвой собственной же рассеянности, сейчас обернувшейся неприятностью. Мой еще не испорченный таких будто далеких четыре месяца назад мозг, во время той самой первой встречи с Милианом, ожесточенно орал мне из черепной коробки: ну не ходи ты за ним, ну наделаешь глупостей, ну чертовщина же явно какая-то будет твориться! Но, как известно... За время знакомства с Улло и другими волшебниками Изнанки, проведя не один день среди умельцев магической страны, на своей собственной шкуре испытав в прямом и переносном смысле тяготы кудесничества, став волшебником, сразившимся с одним из самых заклятых и сильных врагов моего наставника и победившим его – за эти недели я открыл для себя потрясающую, фантастическую вселенную, новый мир, в нарушении тайны о котором и оказался теперь повинен. Все мои скромные регалии о сане победителя сильнейшего и зловещего мага сейчас совершенно не имели значения, чтобы я отмазался от обвинения, которое мне предъявил Милиан. Точнее, не он, а Совет Элдеров вместе с местным, изнаночным, судом.
А обстояло всё до боли нелепо и чуть ли не смешно.
