— Я не знаю, как и где, но не думай, что ты умнее всех.
— Зато вы уникальны! — излучал оптимизм Антон.
— Везение рано или поздно заканчивается, — предупредил Санат.
— Невезучий случай мы проскочили. Когда приезжает игрок из Москвы?
— Завтра.
— Классно! И ждать не придется. Чего скисли? Еще одно дело и всё. Последнее.
— Ты обещал, что последнее было вчера, — напомнила Сана.
— Да! Если бы оно закончилось успешно. Вы же сами говорили, ожидается большая игра. Большая для шулеров — это десятки тысяч рублей! Мы можем разом взять больше, чем заработали за всё время. Упускать такой шанс глупо.
— Без меня, — отрезал Санат.
Антон подсел к нему, стал убеждать:
— Наоборот. Тебя никто не подозревает, связь между нами не установлена. Мы придумаем что-нибудь такое, чтобы Сана не появлялась в гостинице.
— Ты забыл про Лию Беридзе. Она знает, что мы родственники, — заметила Сана.
— Лия знает и про этот дом. Она была здесь, — добавил Санат.
— О, до чего у вас дошло, — ухмыльнулся Антон. — Но вы же не поругались? Вы вместе? Так это даже лучше. Влюбленная женщина не предаст. Она сможет рассказать что-нибудь важное про папочку и его гостя.
— Мы не объяснялись в любви, — упорствовал Санат.
— Да брось! Слова не требуются, я слушал ваши выступления, видел ваши взгляды. Сана, скажи этому балбесу.
— Скрипачка любит тебя, а ты ее, — подтвердила сестра. — Ваш дуэт — это музыка влюбленных сердец.
— Точно! Лучше не скажешь, — подхватил Антон. — Хочешь знать мое мнение, как профессионального звукооператора?
— О чем?
— О вас! Я переписывал на кассеты лучшие группы мира, но ничего подобного не слышал. Электроскрипка и синтезатор — это шаг в будущее. Новое направление в музыке.
Самородов обнял Шаманова за плечо и затряс, чтобы взбодрить. Санат столкнул его руку, но Антон продолжал убеждать:
— Кстати, музыкант, ты же остался без инструмента. Японский синтезатор стоит бешенных денег. Они будут у тебя, если мы провернем новое дело.
Санат помнил, что обещал Лие сохранить дуэт. Возможно, его возьмут музыкантом в другой ресторан, но мало где есть качественная аппаратура. И для выпускницы консерватории это не выход. Другое дело, если у него появится свой синтезатор. Можно будет подумать о чем-то новом, необычном.
— Еще усилитель, колонки и микрофон, — вслух продолжил размышления Санат.
— Я представляю вас на сцене, — подзадоривал Самородов. — Скрипка, как нервы, синтезатор — стихия.
Антон вскочил с дивана и с восторгом обратился к партнерам:
— У меня классная идея! Мы создадим не дуэт, а трио с вокалисткой Саной. Ее голос и ваша музыка. Нам всем будет чем заняться в новой жизни. Ведь я не только звукооператор, но и администратором группы успел поработать.
Все замолчали. Санат представил, что будет выступать с Лией и сестрой. Два самых близких человека рядом, в жизни и на сцене. Одна талантливая скрипачка, другая уникальная вокалистка и для него секретов в музыке не существует. Общими усилиями они смогут добиться успеха. И деловая хватка Самородова пригодится.
— Такое будущее меня устраивает, — согласился Санат.
— Кайф! Есть к чему стремиться, — обрадовался Антон. — Наша цель не грязные бабки, а новое направление современной музыки.
— Подождите, я еще не родила, — высказалась Сана.
— Мне с Лией прежде надо поговорить.
— Да брось! Будут деньги, купишь шикарное кольцо, сделаешь предложение.
Санат растерялся:
— Вы думаете, Лия согласится? Ее отец точно будет против.
— Кто сейчас спрашивает мнение родителей, чувак. Но сначала надо хлопнуть взяточников и шулеров. Экспроприируем нечестные деньги на великое искусство!
Сана смотрела на увлеченного новыми планами мужа, на упоенного мечтами брата и вспоминала, через что им пришлось пройти. Столько всего было — проскочили. Чуть-чуть осталось. И после всех трудностей она с удовольствием будет петь со сцены.
Важного чиновника из Москвы Отар Гурамович встречал в аэропорту лично. Лысый самодовольный Виталий Афанасьевич Муратов прилетал в Сочи за данью от подпольных предпринимателей дважды в год. Со времени последнего визита его пухлые щеки еще более округлились, но взгляд оставался цепким и требовательным.
После показной радости от встречи Беридзе кивнул племяннику, Ираклий подхватил чемодан гостя и отнес в белую «волгу». Племянник выполнял обязанности водителя. Сам Беридзе вместе с Муратовым расположились на заднем диване автомобиля.
— Как долетели, товарищ министр?
— Вечно ты опережаешь события, Отар. Я пока заместитель, — поправил Муратов, довольный привычной лестью.
— Это временно. Для нас вы большой Министр, — с пафосом в голосе настоял Отар Гурамович и хлопнул Ираклия по плечу: — В «Жемчуг».
Когда отъехали от аэропорта, Беридзе передал гостю портфель с деньгами.
— Тут от меня и других цеховиков. Подписано, от кого сколько.
Муратов заглянул в портфель, нашел сверток с надписью «Пластик», раскрыл, пересчитал. И выразил недовольство:
— Я в курсе, что Надеин на цветных балетках хорошо поднялся, а платит так, будто только полиэтиленовые пакеты штампует. С него еще пятьдесят процентов.
