Джей, пробираясь между постелями, подошла к Роберту. Темнокожему мальчику с пушистыми светлыми волосами было всего семь лет. И его темно-синие штаны наверняка сегодня промокли.
— Беги к ручью, — ласково сказала она. — До завтрака ты еще успеешь помыться.
Он еще ниже склонил голову.
— Я не хотел, — чуть не плача, прошептал мальчик.
— Я знаю. Только не забудь прополоскать свой спальник. — До нее донеслось приглушенное хихиканье. — Бо, ты поможешь ему вымыть в ручье спальный мешок.
— Ой, Джей!
— Не надо, — сказал Роберт. — Я сам справлюсь.
— Нет, не справишься или опоздаешь к завтраку.
Трое мальчиков уже тащили из кухни большой стол, отчаянно скрежетавший ножками по полу. Все компания громко покрикивала, требуя освободить дорогу.
— Не понимаю, почему я должна ему помогать? — раздраженно воскликнула Бо.
Восьмилетняя девочка была для своего возраста довольно рослой, с пухлыми румяными щеками. Из-за ее роста ей чаще других приходилось помогать малышам.
— Шоколад, — предупредила ее Джей.
Бо вспыхнула и подошла к Роберту.
— Ну, пошли, что ли.
Джей постучала в комнату отца Хорста и вошла. Эта комната служила прежним хозяевам поместья главной спальней, и в ней еще сохранилась двуспальная кровать, но почти все остальное пространство было завалено пакетами, кувшинами и горшками с провизией, принесенными с окрестных покинутых ферм. Во второй спальне хранились одежда и ткани, электроинструменты и все достаточно небольшие и легкие предметы, которые можно было унести с собой. Груды вещей поднимались выше головы Джей.
Хорст уже встал, когда она вошла, и успел натянуть плотные синие джинсы с кожаными заплатками, позаимствованные в каком-то из поместий. Джей подняла с пола рядом с кроватью выгоревшую пропотевшую футболку и протянула ее Хорсту. За последние недели он сильно похудел — лишился большей части жира, и теперь кожа на теле висела складками. Но и эти складки постепенно уменьшались, а мышцы под ними окрепли, как никогда раньше, хотя по вечерам плечи и спину жгло, словно раскаленным железом. Б
Но в его душе не было и тени сомнений или жалости к себе. Более того, серьезные испытания зажгли в его глазах огонь. Ему предстоял крестовый поход, следовало выжить и сохранить в безопасности своих подопечных. Епископ ни за что не узнал бы в нем того мечтательного и добродушного Хорста Элвиса, который покинул Землю меньше года назад. Теперь священнику было противно даже вспоминать о прошлой жизни, заполненной отвратительной слабостью и жалостью к себе.
На его долю выпали испытания, какие мало кому пришлось перенести. Его веру швырнули в пламя, угрожающее сжечь дотла, настолько сильны были питающие огонь сомнения и неуверенность. Но он вышел победителем. Теперь его вера в себя, вера в Христа Спасителя, окрепшая в огне, стала непоколебимой.
И за это он должен благодарить детей. Детей, ставших частью его жизни и его испытаний. Рука Бога свела их вместе. И Хорст не подведет их, не бросит до своего последнего вздоха.
Он улыбнулся, глядя на печальное лицо Джей, каким оно всегда было ранним утром. За дверью нарастал привычный шум, означавший, что дети убирают постели и передвигают мебель.
— Как дела сегодня, Джей?
— Как всегда. — Она присела на край кровати подождать, пока он натягивает тяжелые, сшитые вручную ботинки. — Я видела, как на нижнюю орбиту спускается корабль.
Он поднял взгляд от шнурков.
— Только один?
— Угу. — Она энергично кивнула.
— Ну что ж, значит, это произойдет не сегодня.
— Когда же? — требовательно спросила девочка.
Ее маленькое милое личико сердито нахмурилось.
— Ах, Джей. — Священник привлек ее к себе и легонько встряхнул, проигнорировав недовольное сопение. — Джей, не теряй надежды.
Это было единственное, что он обещал детям, ежевечерне повторяя в молитвах, чтобы они поверили. В далеком мире живет мудрый и сильный человек, которого зовут адмирал Александрович. И как только он узнает, какие чудовищные события происходят на Лалонде, он пришлет корабли флота Конфедерации, чтобы помочь людям и изгнать поработивших их демонов. Воины спустятся с неба в огромных космопланах и спасут детей, а потом и их родителей, и мир станет таким, как раньше. Каждый вечер, заперев двери от дождя и ветра, закрыв окна от темноты опустевшей саванны, он снова и снова повторял эти слова. И они верили, как верил он сам. Господь не напрасно уберег их.
— Они придут, — пообещал Хорст и поцеловал девочку в лоб. — И твоя мама, вернувшись, будет тобой гордиться.
— Правда?
— Да, правда.
Она ненадолго задумалась.
— Роберт опять намочил постель, — сказала Джей.
— Роберт — неплохой мальчуган.
