Мои бойцы с воинственным кличем ринулись в бой, и на пару мгновений я вышел из битвы, решив оценить, на что они способны. Неполная сотня против полутысячи оставшихся демониаков — но моей когорте было плевать. Вряд ли они догадывались о моих способностях, и тем удивительнее было видеть, с каким бесстрашием они идут на превосходящего врага.
Кродис, обычно неповоротливый и ленивый, сейчас двигался с невероятной скоростью, а его огромный молот превращал врагов в кровавое месиво. Жег ужом скользил между врагами, нанося точные удары. Даруикинар поджаривал противников своим пламенем, а Ницал, очаровывая врагов и выкрикивая: «Кончай их!», сеял хаос в рядах противника.
Краснозвездный Славикус, видимо горюя по утраченной фляжке с пойлом, бился остервенело и выкрикивал оскорбления, от которых уши завяли бы даже у Флейгрея с Негой. Фариос прикрывал спину разбушевавшемуся товарищу, не давая демониакам зайти сзади.
Огромный Рубин, словно боевой роботанк, прокладывал путь сквозь ряды врагов, сметая демониаков могучими руками и рыча:
— Только пыль остается от моих врагов!
Агата Торнхарт, мой ординарий, прикрывала спины товарищей, выбивая врагов из арбалета. Опцион Горвал тоже сражался — хоть и осторожно, но эффективно, умело координируя действия когорты.
И всех их, услышав мою мысленную команду, прикрывала Ночь. Огромный зверь обрушился на демониаков с яростной мощью: его тяжелые лапы обрушивались, сминая доспехи и дробя кости, а каждый удар сопровождался хрустом и влажным хлюпаньем. Под натиском неудержимой ярости древнего чудовища поле боя быстро превращалось в кровавое месиво из изуродованных тел.
Заметив, что на Деспота и бледного демона насели со всех сторон, я прокричал:
— Горвал, я сам с ними разберусь, прикройте принцев и принцессу!
Один из демониаков занес огромную секиру над головой Деспота. Времени на раздумья не оставалось, но в этот момент случилось неожиданное. Молчун Мерихим, всегда державшийся в тени, рванул вперед и закрыл собой моего соратника. Лезвие рассекло его тело, и Мерихим, не издав ни звука, рухнул на землю.
Его самопожертвование дало Деспоту время для контратаки, а в рядах моей когорты поднялась новая волна ярости.
— Они убили Молчуна! — взревел Славикус и, напрыгнув на мелкого демониака, оторвал ему голову.
Смерть Мерихима наполнила мое сердце злостью на себя: нашел время прохлаждаться! Я активировал убыстрение и пошел рубить фарш из демониаков. Крики раненых смешивались с боевыми кличами, покрытая кристаллами земля была скользкой от крови и внутренностей.
Когда я в очередной раз замахнулся, вдруг осознал, что бить больше некого. Оставшиеся демониаки в панике бросились бежать, но их быстро настигли и добили мои бойцы.
Поле битвы представляло собой жуткое зрелище. Тела павших демониаков устилали землю, смешиваясь с останками демонов. Воздух был насыщен тяжелым запахом крови и паленой плоти, а в ушах все еще стоял звон от недавних криков и лязга оружия.
Мои уцелевшие демоны методично обыскивали тела павших врагов, собирая трофеи и жадно поглощая освободившееся хао. Я наблюдал за ними с некой отстраненностью, чувствуя странную смесь удовлетворения и опустошения, к которым примешивалось нетерпение: нужно было спешить на помощь основным силам, а мы застряли тут. Но требовалось дать бойцам передышку.
Усилием воли спрятав меч в инвентарь, я направился через все поле боя к Деспоту.
На полпути меня перехватил Горвал, выглядевший потрепанным, но полным энергии.
— Центурион, что делать с добычей? — спросил он, едва сдерживая возбуждение. — Хао так много, что хватит вам на пару красных звезд!
Я на мгновение задумался, взвешивая варианты. Мне это хао погоды не сделает, а вот для них…
— Выдать принцам и принцессе столько, чтобы хватило излечить их раны, — наконец ответил я. — Остальное распределить между бойцами. Раненым дать больше, чтобы тоже восстановились.
— Есть! — Горвал бросился исполнять приказ, а я продолжил свой путь к Деспоту, но не прошел и пары шагов, как опцион снова меня окликнул, протягивая черный камень: — Центурион, тут какой-то артефакт подавления, нашли возле останков командира демониаков.
Кивнув и мысленно хмыкнув, я забрал артефакт Вер’Корванта — надо же, без интерфейса совсем забываю полутать добычу с врагов.
Добравшись до Деспота, я не стал сразу начинать разговор, дав ему очухаться. Деспот кивнул мне, но тоже промолчал. Он тяжело дышал, опираясь на чье-то массивное оружие. Его тело было покрыто ранами, некоторые дымились. Рядом с ним сидели два других великокняжеских отпрыска, выглядевших не лучше.
Пока я размышлял, как начать разговор, краем глаза наблюдал за своей когортой. Щедрая добыча заметно усилила бойцов. Я видел, как радостно они меняли оружие и экипировку, как поглощали хао, преображаясь на глазах: их раны затягивались, тела наливались силой, а в глазах загорался огонь новой мощи. У некоторых даже зажглись новые звезды на рогах.
