– Я знаю, каково это – потерять единственного человека, которого любишь в этой жизни, Сиенна. После подобного тебя, черт возьми, выворачивает наизнанку, и остается лишь оболочка. Но твоя личность никуда не девается. Никогда не знаешь, может, в твоем сердце все-таки теплится надежда. – Он ерзает на своем сиденье и сжимает руль так, что белеют костяшки пальцев. – Келлер совершил ошибку, чертовски большую ошибку. Он сделал это по правильным причинам. Он пожертвовал собой ради твоей безопасности. Я бы повел себя так же. Это может быть больно, но, возможно, стоит задуматься о том, почему он так поступил. Знаешь, он сильно тебя любит, может, даже слишком сильно. Вам двоим нужно залечить раны порознь, чтобы вместе бороться еще сильнее. Не сдавайся слишком рано, – в его тоне слышится мягкость, когда он смотрит в зеркало заднего вида.
– Возможно. Спасибо за понимание. Может, заключим перемирие? – спрашиваю я, накрывая его руку своей.
– Я не против.
Остаток пути до спортзала «Короли» мы молчим, и я размышляю о том, как пройдет мой день.
Когда я вхожу и вешаю пальто на вешалку, зал наполняется болтовней перевозбужденных детей. Грейсон сразу же замечает меня и бросается ко мне, заключая в медвежьи объятия. Я обхватываю его сильные плечи, и он поднимает меня и кружит. Не знаю, что его так развеселило, но не стану жаловаться на столь радушное приветствие. Он меня немного успокоил. После того как он осторожно опускает меня на пол, на его лице сияет ясная улыбка.
– Ты в порядке? Выглядишь бледной, – он изучает мое лицо, словно оценивая мои травмы.
– В порядке, – вру я и мягко улыбаюсь ему, теребя край своей толстовки. – Он здесь? – почти шепчу, обводя взглядом зал, как будто он может наброситься на меня в любую секунду. Я не готова его увидеть.
Грейсон кивает, прикусывая нижнюю губу.
– Может, просто выслушаешь его? Какой от этого вред?
Я могу сломаться окончательно.
Ко мне бросается Пола, ее седые волосы собраны в конский хвост, который подскакивает при каждом движении. И у нее, как всегда, безупречно накрашенные красные губы.
– Сиенна, дорогая, ты приехала, – радуется она, крепко обнимая меня. Люди сегодня явно настроены обниматься. Как будто я чуть не умерла. А, погодите. – Дай-ка я на тебя посмотрю. – Взяв меня за предплечья, она отстраняется и осматривает меня с головы до ног, проверяя, нет ли травм. Если она сможет заглянуть мне в мозг, то ничего не увидит.
– Я так рада вернуться к работе, – снова вру я. Мне нравится работать с детьми, но проблема заключается в выборе места проведения мероприятия.
– Идем. Нам нужно встретиться в кабинете с Келлером, чтобы уладить формальности перед занятием. Мне нужен мой руководитель по организации мероприятий. – Она подмигивает, хватает меня за руку и тянет через зал.
Мое сердце чуть не выпрыгивает из груди. Прежде я подобного не испытывала, но может, пришло время моего первого сердечного приступа.
– Войдите! – раздается его голос после ее стука. Пола распахивает дверь. Он сидит за своим столом, и его темные глаза пронзают мою душу.
Такое чувство, что из моих легких выкачали весь кислород, а в ушах появляется несмолкаемый звон. Я вытираю вспотевшие ладони о бедра и горблюсь, пытаясь отдышаться. Я теряю рассудок, упускаю последнюю ниточку, привязывавшую меня к реальности.
По моему плечу пробегает электрический ток. Это он. Он прикасается ко мне.
– Не трогай меня! – кричу я, почти задыхаясь.
Следующее, что помню, – я словно парю, а потом до меня доносится звук хлопающей двери. Я опускаюсь на диван, и холодная кожа холодит мое тело. Зажмуриваясь и сжав кулаки, я сосредотачиваюсь на дыхании.
Как мы тренировались с Мэдди.
Я медленно открываю глаза, и передо мной возникает обеспокоенное лицо Келлера.
– Детка, это я. Ты в порядке? – Он убирает волосы с моего лица, и в его хриплом голосе слышится тревога. Я резко выпрямляюсь, желая избавиться от его прикосновений.
Это уже перебор, его присутствие для меня слишком тяжелое испытание.
– Пола, оставишь нас на минуту?
– Да. Да, конечно. Сиенна, я буду снаружи. – Она поворачивается и уходит, широко раскрыв глаза.
– Что это было, Сиенна? Ты все еще больна?
– Я больше не твоя забота, Келлер, – огрызаюсь я. Паника прошла, сменившись чистой яростью.
– Ты всегда будешь моей заботой, детка.
– Ты больше не можешь так меня называть. Тебе не должно быть до меня никакого дела. Ты потерял это право, когда ушел от меня. Я сломлена и не могу восстановиться. Ты поступил со мной хуже, чем Джейми. Его предательство я пережить смогла. А шрамы, оставленные тобой, не затянутся и за всю мою жизнь.
Он замирает из-за моих слов, и у него сводит челюсть.
– Однажды, обещаю тебе, я залечу каждый твой шрам. Я не сдамся, пока не реабилитируюсь в твоих глазах, Сиенна. Я никогда ни на секунду не переставал тебя любить. Я собираюсь показать тебе это, доказать, что достоин тебя.
