Дистанция полностью

– Черт возьми, не смей останавливаться. Как далеко ты можешь зайти? – В его голосе слышится жажда, и он покусывает мою шею. В зале такое тусклое освещение, что трудно разглядеть, чем другие занимаются в кабинках. Мэдди и Грейсон слишком заняты взаимными издевками и шампанским, чтобы вспоминать о нас. Пошло оно все.

Я поднимаю руку чуть выше, медленно расстегиваю молнию на его джинсах и пуговицу, стараясь не двигать верхней частью тела, которую видят все. Его член вырывается на свободу. Разумеется, на Келлере нет боксеров. Его крупное тело заполняет кабинку, так что стол полностью нас скрывает. С его идеальных полных губ срывается низкий стон, а в глазах горит дикий голод. Этого достаточно, чтобы придать мне уверенности, и я обхватываю основание его члена, медленно скользя рукой по нему вверх и вниз.

– Моя жадная девочка не смогла подождать пару часов, а?

Прежде мне на подобное не хватало храбрости. От мысли о том, что нас могут поймать, внутри разгорается огонь.

– Он твой, детка, бери его, когда захочешь, – сообщает он, пока я продолжаю скользить рукой туда-сюда. Я настолько потерялась в моменте, что приходится крепко сжимать ноги, пока Келлер пожирает меня взглядом. Я не слышу, как Мэдди перекрикивает музыку, чтобы привлечь мое внимание. Тихий кашель Келлера выводит меня из оцепенения, и я перевожу взгляд на нее.

– О, наконец-то ты вернулась. Мы просто собираемся пойти потанцевать и взять шоты. Вы с нами или потом подойдете?

– О, я скоро присоединюсь, – объявляет Келлер, одаривая меня озорной ухмылкой.

– Ага, – отвечаю я быстро, возможно, даже слишком быстро. – Встретимся через секунду.

После этого Мэдди и Грейсон ускользают в бар, оставляя нас с Келлером в кабинке одних, и я все продолжаю сжимать его член.

– Черт возьми, малыш, ты ненасытная, – бормочет он, накрывая мои губы своими.

– Только с тобой, – поддразниваю я в ответ, но на самом деле говорю совершенно серьезно. Уткнувшись лицом ему в грудь, я удовлетворенно вздыхаю. Он и правда начинает становиться моим островом счастья. Когда он рядом, мир затихает.

Внезапно мое внимание привлекает знакомый запах бензина.

– Келлер, почему от тебя пахнет бензином? – Я перестаю ласкать его, ожидая ответа, и вижу, как на его лице на секунду отражается раздражение.

– Поджег машину твоего бывшего по дороге сюда, – констатирует он как ни в чем не бывало и пожимает плечами, не выражая никаких эмоций, хотя изучает мое лицо в поисках реакции.

Шлепая его по груди, я хохочу.

– Черт, нет, ты этого не делал.

Он по-прежнему остается бесстрастным и спокойно наблюдает за мной, а его член все еще пульсирует в моей руке.

Как только мне удается подавить смех, я резко устремляю на него взгляд. Он не шутит. Ни капли.

– Зачем? – спрашиваю я, стараясь говорить ровным тоном.

Убирая свою руку, я увеличиваю дистанцию между нами. Он бы правда так поступил ради меня? И ведь меня ни капли не злит, что он это сделал. Более того, это даже сексуально, что ради моей защиты он пошел на такие меры. К тому же Джейми придурок, так что поделом.

– Сиенна, я предупреждал тебя при первой встрече. Я не хороший человек. Во мне есть тьма. Теперь эта тьма защищает тебя. Я не стану извиняться за то, что сделал. Я не могу потерять тебя, и, черт, не сомневайся, я никому не позволю угрожать тебе. Я весь мир сожгу дотла, чтобы защитить тебя, и не позволю и искре коснуться твоей кожи.

Твою мать. От его слов у меня мурашки по коже, а в животе что-то странно переворачивается.

Я быстро засовываю его член обратно в джинсы, застегиваю их, невзирая на исказившее его черты разочарование, и подношу руки к его щекам.

– Спасибо. – Я улыбаюсь и накрываю его губы своими, показывая, как благодарна, и от моей реакции у него расширяются глаза. Если мне нужно, нет, если я хочу, чтобы кто-то сражался на моей стороне, то это будет только Келлер. Мне нравится, насколько он заботится обо мне.

– Значит, ты не возражаешь, что я хожу и поджигаю машины? – спрашивает он, приподняв бровь.

– Можешь сколько угодно пытаться отпугнуть меня, Келлер. Мне все равно. Поверь мне, я выросла не в спокойной среде. Я хочу видеть в тебе не только хорошие стороны, я хочу видеть их все: и хорошие, и плохие, и откровенно уродливые. Ты просто прими и меня такой, какая я есть.

Его губы растягиваются в ехидной улыбке, когда он завладевает моими.

– Ты, мать твою, идеальна, Сиенна, – рычит он мне на ухо.

Я в минуте от того, чтобы запрыгнуть к нему на колени и позволить ему делать со мной все, что он захочет. Я неохотно прерываю поцелуй, и мы тяжело дышим.

– Ладно, чемпион, идем поищем наших друзей, немного потанцуем, а потом отвези меня домой и покажи, как именно я тебе принадлежу. – Я хватаю его за руку и веду из VIP-зоны к бару, он не отстает больше чем на два шага.