– О, Си, а если он этого не сделает? Что, если он твоя родственная душа, и вам суждено зажигать друг друга до скончания веков? То, что есть у вас двоих, не многим дано ощутить хотя бы на миг. Так что хватайся за это обеими руками и заявляй свои права. Ты заслужила. Пришло твое время быть счастливой. – Ее голос суров, но в нем слышится обожание.
Кивая в ее объятиях, я понимаю, что она права. Я чувствую это душой. Келлер был и всегда будет моим единственным. Какие бы секреты он ни скрывал, я всегда буду выбирать его.
Перед появлением Грейсона я наряжаюсь в рекордно короткие сроки. Я останавливаюсь на черном облегающем атласном платье, обтягивающем каждый изгиб и едва доходящим до середины бедер. К нему я подбираю красные туфли на каблуках и красную помаду. У меня не было времени вымыть и высушить волосы, поэтому сегодня приходится их выпрямить. Такая прическа подчеркивает карамельные оттенки, перетекающие в светлые кончики ниспадающих каскадом волос. После быстрого нанесения туши я готова, и у меня есть целых десять минут в запасе.
Услышав громкий стук в дверь, я быстро выхожу из своей комнаты, чтобы впустить Грейсона. Без сомнения, Мэдди опаздывает. Красота требует времени, и она, безусловно, серьезно относится к этому правилу. Черт, когда Грейсон видел меня в последний раз, я голым задом лежала на его столе. Но меня это даже не смущает. Я тогда была дико возбуждена. Распахнув дверь, широко улыбаюсь Грейсону. Он стоит, прислонившись к дверному косяку, и изучает меня с головы до ног. Не как мужчина женщину, а скорее, чтобы понять, что нравится во мне Келлеру.
– Что ж, как приятно видеть тебя одетой, Сиенна, – подмигивает он и проходит мимо.
– Сиенна, ты не могла бы застегнуть мне молнию? – кричит Мэдди из своей комнаты. Прежде чем я успеваю сделать хоть шаг, она выбегает из комнаты обнаженная по пояс, а платье с золотыми блестками висит на ее талии. Мои глаза расширяются, пока она осознает, что у нас компания, и краска отходит от ее лица.
Взгляд Грейсона прикован к Мэдди, на его губах играет довольная улыбка.
– Я более чем счастлив подчиниться, милая. Почему бы тебе не присесть? – предлагает он и хлопает руками по коленям.
– О, отвали, Грейсон. Мы все знаем, что моя шикарная задница ни за что не окажется рядом с тобой. – Она усмехается, но я вижу, как на ее груди проступают красные пятна.
Грейсон совсем не во вкусе Мэдди. Ей нравятся высокие, стройные бизнесмены. Не крепкие развязные боксеры, покрытые татуировками. Нет, такие, похоже, больше по душе мне.
Вспоминая, что моя лучшая подруга все еще стоит в коридоре полуголая, а лучший друг Келлера таращит на нее глаза, я бросаюсь к ней, поднимаю платье, застегиваю молнию, пытаясь сдержать смешок.
– Думаю, ты ему нравишься, Мэдс, – шепчу я.
Она снова усмехается и убегает обратно в свою комнату, хлопнув дверью.
– Так, девочки, нам нужно выезжать через пять минут. Собирайте свое барахло и выдвигаемся, – требует Грейсон, и каждое его слово звучит по-армейски. Его тон вселяет в меня уверенность, что нам пора. Чем быстрее мы окажемся в клубе, тем быстрее я доберусь до Келлера. Хотя не уверена, что стоит оставлять Мэдди и Грейсона наедине, иначе к концу вечера они поубивают друг друга.
Грейсон сопровождает нас из квартиры до своей сверкающей белой «Ауди», припаркованной под уличным фонарем. Его внимание привлекает фигура в капюшоне, притаившаяся у соседнего дома. Незнакомец наблюдает за нами, но не делает никаких движений в нашу сторону. Забавно, но я раньше не видела никого из того дома, особенно в это время суток. Мы живем в районе, где много пожилых людей и семей, поэтому человек в капюшоне, прислонившийся к стене, выглядит немного неуместно. Грейсон, кажется, даже не вздрогнул. Он не сводит глаз с мужчины и открывает перед нами дверцы своей машины, пропуская нас в салон.
Я слышу, как он что-то бормочет по телефону. Не могу разобрать ни слова, кроме: «Да, мать твою, уверен». Но так же быстро, как он начал с кем-то говорить, он садится на водительское сиденье и захлопывает дверь. После этого он заводит машину и резко набирает скорость, отчего голову вдавливает в подголовник.
– Обязательно вести машину как гребаный маньяк, Грейсон? – кричит Мэдди с заднего сиденья. Грейсон, в свою очередь, просто выкручивает музыку на полную громкость. Эти двое выматывают.
Сегодня вечер пятницы, и «Конечная зона» уже заполнена нетерпеливыми ньюйоркцами, которые танцуют и выпивают, только бы избавиться от стресса, накопившегося за неделю.
Судя по всему, сегодня вечер старого
– Гости Келлера, – сообщает Грейсон лысеющему мужчине в черном костюме, оглядывающему нас с головы до ног, и тот кивает.
