— Я с вами.
Генри и Скай, тихо переговариваясь, идут перед нами. Мэйсон опять приобнял меня за плечи. И вскоре до меня доходит, что он не знает такого понятия, как личное пространство. Один квартал мы проходим молча.
— Не думал, что ты так рано уйдешь, — говорит он наконец.
— Мне нужно работать утром.
— Мы играем снова на следующей неделе.
Не уверена, приглашает ли он меня или просто продолжает разговор, поэтому лишь киваю.
— Спасибо, — благодарю я его, когда мы подходим к магазину, и достаю ключи.
Мэйсон наклоняется ко мне, а поскольку в моей голове не было даже мысли, что он захочет меня поцеловать, я не успеваю достаточно быстро уклониться, и его на удивление мягкие губы накрывают мои.
— Ох, э-э… ну ничего себе, — бормочу я, все-таки отстранившись от него.
Он не отходит, а его взгляд встречается с моим.
— Спасибо, что пришла сегодня.
Его хриплый голос заставляет мое сердце биться чаще, и я вновь удивляюсь чувствам, которые он у меня вызывает.
— Ладно, увидимся.
Скай улыбается, словно это было самым захватывающим шоу, которое она когда-либо видела.
Я просто хочу сбежать.
Магазин начинает работать с девяти, но уже в шесть мои глаза открываются как по часам. Я стараюсь снова заснуть, но весь мой организм против этой идеи, поэтому уже некоторое время я просто смотрю на потолок, размышляя о прошлой ночи. Что произошло? Мэйсон намеренно меня поцеловал? Или, может быть, это я набросилась на него, когда он всего лишь хотел меня обнять? Мне нужно выкинуть все из головы, а потом попытаться еще раз детально вспомнить прошлую ночь.
Итак. Существует всего два логических объяснения. Первый: все произошло случайно, а он слишком хорош, чтобы отказать, тем самым унизив меня. Второй: он настолько дружелюбный, что целует всех подряд. И теперь, разложив все по полочкам, я чувствую себя гораздо лучше. Надеюсь, мы не увидимся в ближайшее время.
После часа безуспешных попыток заснуть я все-таки встаю с кровати и принимаю душ, пока мама не заняла ванную. Надеваю джинсы, футболку и махровые черные домашние тапки. С еще мокрыми волосами я спускаюсь в магазин, чтобы забрать список заказов и ввести их в компьютер.
Еще раз сверяю список с данными, которые собрала мама. До открытия остается всего час, так что у меня в запасе еще достаточно времени, чтобы закончить приготовления. Убрав список в карман, я направляюсь к компьютеру и слышу стук в дверь. Моя рука машинально касается мокрых волос, и я сразу же думаю, что это Мэйсон. Такой поворот событий не укладывается ни в один из сценариев, которые я проработала. Да и чрезмерно любвеобильные рок-звезды не появляются так рано на следующее утро. Мы еще закрыты, поэтому жалюзи на окнах опущены, и мне можно не открывать дверь.
Секундой позже звонит телефон. У Мэйсона вроде нет телефонного номера магазина? Могла ли Скай дать его ему? Я поднимаю трубку, прежде чем мама ответит наверху.
— Здравствуйте, «Куклы и остальное».
— Неделю назад кто-то предупредил меня не покупать черничные кексы у Эдди, но я ослушался и все равно их купил. И теперь время от времени я пытаюсь удовлетворить эту нескончаемую потребность.
Я чувствую огромное облегчение, узнав голос на линии, и у меня вырывается непонятная смесь из смеха и вздоха, потом быстро прочищаю горло и отвечаю:
— Их вкус вызывает привыкание.
— Теперь я тебе верю. — Я улыбаюсь. — Ты меня впустишь? Тут холодно, плюс, я с тобой поделюсь. — Я бросаю взгляд на дверь. — Похоже, на этом кексе даже есть твое имя. Хотя нет, прости, тут только мое.
— Я…
— Хочешь, чтобы я умер от переохлаждения, да? — говорит он.
— Не думаю, что там настолько холодно. — Шаркая тапочками, я направляюсь к двери, открываю и придерживаю ее для Ксандера.
— Привет. — Его голос отражается эхом у меня в телефоне, который все еще прижат к уху. Я нажимаю кнопку отключения.
Прошло так много времени, что я забыла, как он прекрасен и… богат. Меня обдает потоком холодного воздуха, поэтому я быстро закрываю дверь и поворачиваюсь к Ксандеру. Он держит коричневый бумажный пакет из пекарни «У Эдди» и два пластиковых стакана с крышками.
— Горячий шоколад, — он поднимает стакан в правой руке, — или кофе. — А теперь поднимает стакан в левой руке. — Я сделал маленький глоток из каждого стакана, поэтому мне без разницы.
Отлично. Может быть, богатство — это заразная болезнь? Я указываю на его правую руку.
— Горячий шоколад.
— Значит, ты горячая шоколадная девочка.
Я забираю у него горячий шоколад, стараясь успокоить дрожащие руки. Иначе он поймет, что его внезапное появление сбило меня с толку.
Потом я внимательно осматриваю его. Меня раздражает, что даже столь ранним утром он выглядит таким… бодрым. Интересно, посреди ночи со спутанными волосами и заспанными глазами он будет выглядеть таким же идеальным?
— Ты так на меня пялишься, что мне становится некомфортно.
— Я не пялюсь, я наблюдаю.
— И в чем разница?
— Основная цель наблюдения заключается в получении данных и формировании предположения или вывода.
Он наклоняет голову.
— И каков вердикт?
