Кстати, заметил, что одна из песен в тетради – это «Прогулки по воде» Наутилуса (видимо, какие-то более-менее свежие добавки владельца). Был приятно удивлен сим фактом, так как приятнее изучать то, что нравится – гораздо приятнее и гораздо лучше со стороны обучения – знаю и мотив, и слова. Хорошая песня. А остальные подкачали, конечно. Не совсем в моей вкусе (некоторые даже не знаю в принципе). Поэтому оставляю выбор на ней. Когда доберусь, конечно. А братец вон, уже мучается. Мучается сам и мучает гитару. Я его в итоге выгнал в родительскую гостиную, а сам воссоединился с тобой, Дневничок, ну или с вами, то есть с тем, кто это читает (с недавнего времени я стал подумывать о том, что когда-нибудь это действительно может кто-нибудь прочитать – мало ли я не догляжу, или дети, или внуки, или еще кто, мне все равно в общем-то, да, я решил). Поэтому, Дневник, тебе я теперь отвожу роль собирательную, то есть на твоих страницах буду писать что угодно, ну а ты получаешься вроде как коллекционер-собиратель все того, что сюда помещу, хотя, конечно, это очень и очень образно, так как кроме как собирать ты ничего больше делать и не сможешь, да и это, по сути, от тебя совсем не зависит – пришел, увидел, написал… Я! Ну а ты как сосуд все это вмещать будешь. И хорошее, и плохое. Что я захочу. Ну и еще одну роль я отдаю тому, кто может быть этим сосудом воспользуется, поэтому обращаться теперь я буду именно к этому возможному будущему читателю. Я подумал и решил, что мне это удобно как написателю. Иногда хочется вроде как с кем-то обсудить-сообщить-посоветоваться – с дневником как с предметом это глупо (попробовал и каждый раз меня это как-то коробит – Дневничок то, Дневничок это – бред, словно девочка), с самим собой непосредственно неудобно, да и не понимаю как – если буркнуть иногда себе что-то под нос и согласиться или не согласиться с этим – это нормально, но вести конкретные и обстоятельные беседы да еще письменно, это уже диагноз. Ну а с потенциальным читателем – самое то. Так решил, так и буду делать. Но буду стараться делать это не часто, только когда без этого не обойтись. Дневник все-таки, а не роман, к тому же от первого лица. Так что же я хотел, что обещал? Помню. Разобраться со сном. Теперь уже со сном не как с глаголом «спать», а со сном как с существительным. То есть с тем, что мне приснилось сегодня ночью и что стало также причиной того, что я не выспался. А приснилось следующее…
Спаситель. И не тот, что ходил по воде в песне «Наутилуса». А тот, что из этой самой воды вытаскивал. С чего это интересно, ведь даже не думал о нем? Несмотря на то, что если подумать глобально, то все что сейчас происходит – это результат знакомства с ним. Кто билетики-то на Блэкдэшников подсунул? Да-да. Только после сна все эти параллели провел. Удивительно. Хотя в то же самое время удивляться, собственно, и нечему. Каждое событие рождается из чего-то, даже если сразу не понимаешь из чего именно. Дернул за ниточку, дверца и открылась. Но приснился, Спаситель-зараза, как-то противно. Дело сделал хорошее вроде как, а теперь взял и все испортил. Посредством моего видимо больного воображения, а также совершенно параноидального, судя по всему, бессознательного, камень в огород которого, я уже сегодня бросал.
Так что же приснилось… Квартира. Наша. Я на кухне. Разогреваю жратву. С мыслью, что сейчас вместе с братом ее и схомячим. Помню очень-очень отчетливо эту мысль. Спиной ощущаю, что сам он сидит за столом у меня за спиной. Но не оборачиваюсь. Чувствую. Сон. Мешаю я, значит, что-то в сковородке, чувствую брата за спиной, чувствую готово, чувствую пора, поворачиваюсь… А брата нет. Но я не один. Передо мной за нашим кухонным столом сидит Спаситель и улыбается… нехорошо так. Хотя, если честно, я уже, по-моему, писал про нехорошие улыбки, вернее упоминал их, и дело вот в чем, я не уверен, что правильно интерпретирую данное проявление эмоций. В общем, любая взрослая улыбка для меня – нехорошая. Не знаю почему. Может быть это какая-то детская психологическая травма, может быть еще что-то или просто эхо из того же бессознательного. Просто дело в том, что я не люблю взрослые улыбки. Не смех или усмешки, а именно улыбки, причем растянутые в беззубые формы. Именно такие улыбки для меня всегда «нехорошие». Повторюсь, не знаю почему. Если читаете это, и если имеете знакомого психиатра, спросите у него, может быть многое станет более понятно обо мне или вообще объяснит все, и вы со спокойной душой закроете эту тетрадь и больше о ней никогда не вспомните, или сожжете ее к чертовой матери, или… мне все равно. Делайте, что хотите. Я не люблю, когда взрослые улыбаются. Все. И вот он сидел и улыбался. Как по мне, так еще более нехорошо, чем я смог описать. Я застыл в немом вопросе. Застыл во сне. Просыпаться не думал, так как, по сути, мне ничего не угрожало, то есть страху взяться было неоткуда (пока), вот я и продолжил просмотр.
