С этими словами Модус ушел сквозь стену. Мог бы сделать что-нибудь более эффектное. Например, исчезнуть в яркой вспышке или просочиться в канализацию. Еще немного в том же духе - и в скором времени меня будут мучить кошмары с ним в главной роли.
Два дня я провел, с головой погрузившись в работу. Даже Консул удивился моему напору. Вечерами я, как всегда, возвращался в пустой, унылый дом и не знал, чем себя занять. Надо ли описывать те чувства, что захлестнули меня при обнаружении сообщения на пульте связи. Его послала мать Ивари. "Она сильно заболела. Ее положили в клинику".
Я тут же вызвал их номер, но услышал глухие гудки. Где они могут быть? Только на операйторе.
Ночью Мегаполис погружался в полудрему, и по дорогам скользили редкие автомобили, которые приходилось объезжать. Я выжимал из Серебряного все, на что он был способен, и плевал на то количество штрафов, которые мне придут впоследствии.
Когда я сворачивал в сторону обменной трассы операйтора, в бок машины врезался резко перестроившийся фургон. Все произошло слишком быстро. Система автоматически выключила двигатели, и поврежденный автомобиль по инерции стал скатываться вниз, едва удерживаясь от того, чтобы опрокинуться. Когда я пришел в себя после столкновения, то посмотрел назад. Кто бы это ни был - хотя у меня появилась догадка, кто именно управлял тяжелым рефрижератором, - мне еще повезло, что он коснулся вскользь. Это происшествие не могло быть случайным столкновением. Махина развернулась и стала набирать скорость.
Нога сама собой вдавила ускоритель в пол, но ничего не произошло. Нет, так мы не договаривались. Я перезапустил встроенный технотрон и вновь нажал на ускоритель. В отличие от меня у рефрижератора не было никаких проблем с разгоном. Через считанные секунды он вкатает меня в зеркальное полотно трассы. Мне не хотелось попасть в сводки новостей в таком виде. В сердцах я ударил рукой по штурвалу. Как ни странно, Серебряный рванул с места так, будто прочел мои мысли.
Теперь, глядя в боковой экран, я с удовольствием наблюдал, как отстает несуразный большегруз.
Как и следовало ожидать, я нашел родителей Ивари внутри терминала. Они терпеливо стояли в очереди, и на их лицах застыла искренняя тревога. Я подбежал к ним со словами:
- Ничему не удивляйтесь! Дорога каждая минута!
Я уже планировал, как проведу их вне очереди, используя хронометр, но, Опередив меня на мгновение, стеклянная стена зала разбилась на миллионы осколков. Тяжелый и покореженный рефрижератор почти не заметил преграду и пролетел через зал, врезавшись в кольцо крайней линии отправления. Капсула силовой установки лопнула, и на мраморные плиты потекла смесь топлива и масла. Системы машины еще функционировали, и из раскрывшегося кузова повалил белесый пар, покрывающий инеем все, чего он успел коснуться.
Из кабины выпал пилот.
- Добьешь или отпустишь? - осведомился Модус, отстраненно наблюдающий за мной.
- Пусть убирается. Сделайте мне одно одолжение, если вам не трудно: не попадайтесь мне на глаза и не появляйтесь до того момента, пока не истечет время.
Он сделал вид, что ничего не слышал.
Все вокруг утратило очертания, и спустя мгновение он перенес меня домой.
- Что вы делаете? - спросил я, убедившись, что он рядом.
- Видишь ли, Ивари слегла исключительно по твоей вине. Все взаимосвязано. Ты поступаешь, как последний кохорд, и не видишь этого. Такова цена твоей ошибки.
- Как мне помочь ей? Откуда вы вообще все это знаете?
- Вам пора задуматься над тем, какое место вы занимаете в этом мире. Что творите, выпуская на волю Черное Эгелдо. Вы как маленький ребенок, получивший абсолютную власть, узколобо и безответственно используете ее ради мелочных потребностей.
- Отлично. А вы вроде няньки. Еще раз спрашиваю, как мне помочь Ивари? Я пытался до нее дотянуться. Ничего не получилось.
Модус отрицательно покачал головой.
- И не сможете. Вода не пропускает сигнал прибора.
- Тогда что мне делать?
Он развел руки в стороны.
- Потратьте оставшийся заряд, и, согласно договору, она попадет на Истинную. Вам же достанется участь обреченного кохорда, в одиночестве ожидающего неминуемую гибель от коллизии миров.
Я посмотрел на него в недоумении. Потом на циферблат часов.
- Сделайте что-нибудь полезное, - неожиданно посоветовал Модус, - и я найду наименее болезненный способ прервать вашу агонию.
Вот и все. Я буквально рухнул на диван, не в силах выдержать обрушение моих надежд. Казалось, я все делал правильно, тем не менее этим лишь приблизил печальный итог.
- Понимаю. Это весьма непросто. Однако я не могу тратить на вас свое время слишком долго.
Включился тумановизор, и из голубоватого тумана выплыла палата медицинской клиники. Она была прекрасна даже сейчас. Взяв себя в руки, я еще раз посмотрел на часы.
- Ничто так не раздражает, как единственно верный выбор, не оставляющий тебе права на промедление.
- Она не видит меня?
- Нет.
- Хорошо. Не хочу, чтобы она запомнила меня жалким неудачником. Что вы ей скажете?
- Как вы, являясь достойным уважения человеком, пожертвовали собой ради нее.
