Улавливать, когда вздрагивает. Уделять больше внимания самым чувствительным местам. Бороздка под головкой, а еще у самого основания. Вбирать его достоинство, поглощать, не давать возможности очнуться. Терпеть легкую боль в щеках. И смотреть. Впитывать чужое наслаждение, дарить, отдавать, глотать теплую сперму, слизывать остатки. Быть порочной донельзя, но не шлюхой, нет-нет, его женщиной.
– Кто я? – спросила с вызовом, вытерев горящие от проделанной работы губы.
Потянулась вверх, к нему. Позволила вцепиться в мои волосы на затылке, легла ему на грудь. Бесстыже и нагло.
– Кто я для тебя, Аделар?
Он блаженно улыбнулся. Открыл рот, чтобы ответить, наверно, что-то из предыдущего репертуара, но карета вдруг остановилась.
– Приехали, – сообщил правитель, мельком глянув в окно.
Мы спешно поправили одежду, покинули экипаж. Мужчина приказал отвезти меня в его покои и принести туда обед. Пообещал, что быстро расправится со срочными делами, вызовет лекаря и уделит мне столько своего времени, что я даже мысли себе не позволю, чтобы выбрать кого-то или что-то помимо него.
– Только я, сладкая, запомни, – сказал он, поцеловав меня в губы.
Провел по ним пальцем, надавил на нижнюю. Остался доволен увиденным и еще раз поцеловал. А потом поспешил скрыться из вида.
Что он со мной делает? Правильно было бы злиться на правителя Эндарога за все, а не тратить свои силы на выяснения отношений и какие-то неуместные доказательства. Мне не нужен Аделар, у меня есть Давир. Или нет, ведь я решила сначала спасти сестру, а потом уже задумываться о личном. Его поступки эгоистичные, слова порой мерзкие и отталкивающие, а действия пугающие. Но я почему-то продолжала видеть в нем самого красивого мужчину из всех. Это все зачатки глупости во мне. Те самые ростки, которые умная женщина ни за что не позволила бы в себе зародиться.
Черт!
Я устало села в кресло у камина, схватилась за голову. Наверное, слишком просто было бы иметь дело с идеалом. Влюбиться раз и навсегда. Забыть обо всем на свете. А все минусы Давира и Аделара просто делали их живыми, настоящими. Несовершенными. Особенными!
Я не заметила, как дверь в комнату открылась. Услышала торопливые шаги и запоздало обернулась. Офелия прижала к моему носу платок, не встретила особого сопротивления, потому как мои руки быстро ослабли.
– Я тебя предупреждала, тварь, по-хорошему. Но ничего, Аделар о тебе очень скоро забудет.
Сознание помутилось. Я начала заваливаться набок. Еще различила несколько пар ног, приближающихся ко мне.
Веки налились тяжестью, сами опустились. Я даже не успела оформить четкую мысль, как провалилась в непроглядную тьму и уже в ней почувствовала неимоверный жар, удушье.
Что-то трещало. Я не могла пошевелить ни рукой, ни ногой. Мигали яркие алые пятна. Над головой, а еще справа. Словно языки пламени лизали сухие бревна и разрастались.
Где я?
Я словно горела. Или вокруг все горело? Точно, мне не мерещилось!
Но ни пошевелиться, ни издать звука.
Пожар!
Тьма снова уволокла, затянула.
Пожар… и я в нем.
*Аделар Верт*
– Приехал лорд Сарданиарр, ожидает вашего возвращения, – шел быстрым шагом за мной Иилир, мой верный помощник, посвящая меня в важные события последних дней. – На границе заметили вражеских лазутчиков. Все прошло не по вашему плану и Давир Эберон еще жив? Назревает очередной бой?
– Назревает, – оскалился я, ведь не собирался возвращать Талью бастарду. – Об этом позже. Дальше что?
Его метка не созрела, значит, и вреда никакого ей не будет. Можно присвоить малышку себе. Да, она не обрадуется моему решению, но ничего, побесится и успокоится. А ее сестра… придумаем что-нибудь.
– Вы просили дать список церквей, поклоняющихся Многоликой Алианде. Вот, – положил он на стол в моем кабинете лист с запрошенным мной перечнем адресов. – Два в Эндароге, парочка в Хейсере, больше всего в Палиноге и на Белых островах. Их оказалось немного.
– Хорошо. Дальше?
Иилир ввел меня в курс происходящего, еще упомянул про обстановку на границе, где бастард накапливал войска. Понимает, скот, что придется драться, что я «его леди» ему не отдам. Проницательный недоделок.
О мысли о Талье губы сами собой растянулись в предвкушающей улыбке. Сладкая тигрица, готовая отстаивать свои права. Мы еще с ней поборемся. Это будет самым восхитительным сражением в моей жизни. Самым долгим, самым эмоциональным, самым возбуждающим…
Стук в дверь прервал мои размышления. После разрешения войти на пороге кабинета появилась Офелия.
– Приветствую вас, мой повелитель, – кокетливо затрепетав ресницами, присела она в низком поклоне.
Моему взору предстали мягкие полушария ее грудей. Глубокая ложбинка между ними. Девушка заметила мое внимание, приоткрыла губки.
– Что-то хотела?
– Да, – на выдохе издала и поспешила к моему столу.
– Твой будущий супруг уже во дворце.
– Мой повелитель, позвольте поговорить с вами об этом, – уперлась она ладонями в столешницу, еще больше открывая вид на свою грудь.