– Твой брак с лордом Честером был устроен нами, Элейн. Если ты уже забыла, то я напомню тебе: он был заключен, когда ты была еще совсем ребенком. И более чем вероятно, что твой следующий брак окажется таким же счастливым. Лорд Честер прекрасно бы все понял. Он и не хотел бы, чтобы ты оставалась одна.
«Нет, он сказал мне, чтобы я ехала в Шотландию!» – Элейн не произнесла это вслух, но слова Джона вновь всплыли в ее памяти. «Пообещай мне, что не поедешь к королю Генриху!» – последнее, что Джон успел сказать ей. Он предвидел такое развитие событий и хотел предупредить, защитить ее. Элейн закрыла глаза, стараясь погасить огонь ненависти, который все больнее жег ее изнутри.
– А что думает обо всем этом король Александр? – наконец спросила она. – Он ведь имеет право голоса, когда решается вопрос о повторном замужестве вдовы его наследника?
Ливелин поморщил лоб, его брови сдвинулись.
– Король Александр уже объявил вероятным наследником молодого Роберта Брюса, племянника твоего мужа, – до тех пор, пока у него не появится собственный сын. Роберт Брюс – старший из мужчин в роду короля Шотландии Дэвида. А король Англии уже ведет переговоры с сестрой лорда Честера. Он хочет выкупить земли графства Хантингтон, так что связям графства с Шотландией скоро будет положен конец, – добавил он. – Мне известно, что сэр Роберт Фитцут потребовал, чтобы графство за отсутствием прямого наследника передали ему во владение. Однако королю Александру будет совершенно неинтересно, как сложится твоя судьба, дорогая, моя. Он признает, что решение короля Генриха было лучшим из возможных.
– Признает? – пристально посмотрев на отца, повторила Элейн. – Значит, с ним советуются об этом? – Искры надежды засверкали в ее глазах.
– Ему обо всем сообщат, но из вежливости, – сухо заметил Стивен. – Некоторое время назад король Александр вел переговоры с королем Генрихом по поводу мира между их странами. Я не думаю, что он будет вмешиваться в дела короля Генриха и оспаривать его решение по поводу вас. Тем самым он поставил бы под угрозу все те успехи, которые ему с таким трудом удалось достичь. – Холодные зеленые глаза чиновника засияли от удовольствия. Он уже встречал эту своенравную и вздорную девчонку при дворе и был прекрасно осведомлен о ее репутации. И теперь ему было очень приятно вместе со всеми подрезать ей крылья. У него даже было несколько жестоких предположений относительно того, кому король ее отдаст. Но обвисшие веки скрыли выражение глаз Стивена из Сигрейва, когда он улыбнулся Элейн.
– Миледи, мы можем ехать в Честер, как только вы будете готовы, – сказал он услужливым, елейным голосом. – Его милость приказал, чтобы управление имением в Честере взяли на себя лица, находящиеся на службе у короля. Это высокое доверие было оказано Генриху Одли, Хью Деспенсеру и мне. Мне еще нужно уладить кое-какие дела в суде Честера и немедленно вернуться к исполнению своих обязанностей, но я прекрасно понимаю, что вам потребуется некоторое время, чтобы попрощаться, а вашим слугам – чтобы все подготовить к отъезду. Надеюсь, вам хватит двух дней, включая сегодняшний?
– Двух дней? – в ужасе переспросила Элейн.
– Трех, если вам угодно. Я всегда к вашим услугам. Так же, как и сопровождение, которое прислал король. – Стивен снова улыбнулся. Сам король предупредил его о привычках Элейн. Он рассказал, что она может вскочить в седло и с бешеной скоростью носиться по окрестностям. Вот уж чего он ей ни за что не позволит, когда она окажется под его надзором. Чиновник критическим взглядом окинул высокую стройную женщину, стоящую перед ним. Она, безусловно, относилась к самому опасному типу: искусительница, созданная для того, чтобы вселять смятение в души мужчин. Он повернулся, изящно взмахнув черным плащом, и пошел прочь.
– Нет! – Элейн лежала на постели лицом вниз и била кулаками подушку. – Я с ним не поеду, и папа не сможет заставить меня!
Гнев быстро вывел ее из подавленного состояния, в котором она уже давно пребывала.
– Тише! – Лунед быстро обернулась, вглядываясь в безмолвную темноту комнаты. Как и Элейн, она была очень расстроена. – Что мы можем поделать?
– Только представь себе, что будет, если они решат, будто это я убила Джона! – Элейн села, потом закрыла лицо руками и покачала головой. – Нет, это невозможно. В это никто не поверит.
– А вы не думайте… – выпалила Лунед. – Я хочу сказать… У Ронвен ведь не было причин любить лорда Честера. – Она закончила почти шепотом.
– Нет, она так не поступила бы. – Элейн сжала кулаки. – Она не смогла бы. Я не поверю в это. Там не было никакого яда. Просто этот глупый врач с его уязвленным самолюбием боялся, что все узнают о его шарлатанстве. Я должна сама поговорить с дядей Генрихом. Я смогу убедить его, смогу объяснить, что все это ложь. Он не может так поступить со мной, не может! Он ведь позволил Маргарет самой выбрать себе мужа. Он должен и мне разрешить то же самое. Если уж мне придется снова выйти замуж, я, по крайней мере, сама смогу выбрать, за кого!
