«Записи Кейтелл говорят о том, что из всех божественных животных она больше всех любила своего крылатого коня – шаваля. Возможно, из-за сходства с ее белой кобылой, которая несла ее на битву с ангелами. Возможно, потому, что его крылья напоминали о ее возлюбленном Ариаве и приносили ей утешение после его смерти».
Шаваль летела, не останавливаясь, пока Риэль не начала ерзать у нее на спине.
Они приземлились на небольшой скалистый утес с редкими пучками травы, защищенный с одной стороны валунами размером с карету короля Бастьена. Риэль поспешно соскользнула на землю и даже умудрилась отползти на несколько шагов, прежде чем бурно исторгнуть из желудка все его содержимое.
Очистив желудок, она поползла к скалам, ища укрытие от ветра. Каждое движение вызывало волну страшной боли, пронизывающую все тело. Ядовитое зелье оказалось весьма действенным; она чувствовала себя так, словно ее долго били молотком по каждой мышце и кости. Ей оставалось лишь надеяться, что успела вовремя от него очиститься и избежит плачевных последствий.
Затем она услышала стук копыт и с усилием подняла голову.
Крылатая лошадь подошла к ней почти вплотную. Она оказался больше, чем даже самые крупные боевые кони ее отца, с изящной изогнутой шеей, длинной нечесаной черной гривой и влажными умными глазами. Шаваль вела себя, как обычная лошадь, – и все же немного иначе. Ее ноздри раздувались, когда она обнюхивала воздух вокруг девушки; уши с любопытством развернулись в ее сторону.
Но затем она склонила голову набок, как делает человек, удивляющийся чему-то новому. В ней чувствовалась какая-то древняя, первозданная сила, которую Риэль никогда не ощущала в других живых существах.
– Привет. – Она потянулась к ней слабой дрожащей рукой. – Вы, шавали, всегда были моими любимцами.
Резкий порыв горного ветра обрушился на нее, свалив с ног. Она упала, вся дрожа от холода.
Риэль заметила какое-то движение – шаваль обошла ее и опустилась на землю, закрыв ее от ветра своим телом. Она вытянула одно из своих огромных оперенных крыльев, должно быть футов двадцати в длину, и осторожно подгребла им девушку к себе.
Укрытая между щитом из серых с черными кончиками перьев и теплым боком шавали, Риэль начала приходить в себя. Шерсть кобылы была невероятно мягкой, серой, как грозовое небо, в легкую крапинку.
– Ты и правда существуешь? – прошептала она, положив руку ей на бок. – Откуда же ты взялась?
В ответ шаваль еще теснее и бережнее обхватила Риэль крылом, притянув ее к себе поближе, и сунула голову под крыло. Риэль почувствовала прикосновение горячей морды к своей спине и услышала, как зверь удовлетворенно фыркнул, обдав ее при этом своим теплым дыханием.
Это было странное убежище, но настолько уютное, что Риэль окончательно расслабилась и впала в беспокойный полусон. В его неясных, бесформенных тенях светился черный огонь.
Когда она проснулась, ее разум был ясен, как кристалл, и шаваль наблюдала за ней своим темным глазом.
Значит, это не было галлюцинацией. Видением, порожденным ее воспаленным сознанием.
Она еще некоторое время понежилась, наслаждаясь уютом и теплом под навесом крыла и разглядывая свою спасительницу.
– Я думала, что все божественные животные давно исчезли, – сказала она наконец. Поколебавшись, она погладила рукой морду шавали. – Почему ты спасла меня? – Ноздри лошади жарко раздувались между ее пальцами. Она погладила длинный нос, пряди жестких волос между широко раскрытыми черными глазами.
– Интересно, есть ли у тебя имя?
Шаваль тихонько заржала и уткнулся носом в ладонь Риэль.
– Ну что ж, – сказала она, просияв, – тогда мне нужно его придумать для тебя.
И тут она вспомнила.
Этот приглушенный мужской голос, прямо перед тем, как она упала. Нет, не упала. Прямо перед тем, как ее столкнули с утеса.
Теперь она отчетливо вспомнила его и поняла, кому он принадлежит.
– Ты отвезешь меня домой? – спросила она. – Мне нужно посчитаться с одним человеком.
Шаваль смотрела на нее, не шелохнувшись.
– Все в порядке, – быстро добавила она. – Он этого заслуживает. Это он пытался убить меня.
Шаваль фыркнула и поднялась на ноги. Холодный ветер тут же ударил Риэль в лицо, но она постаралась не обращать на это внимания и, стуча зубами, вскарабкалась на валун, а с него перебралась на спину лошади.
Шаваль оглянулась на нее, дернув ушами.
– Ну? – Риэль запустила пальцы в буйную черную гриву. – И как мне заставить тебя двигаться?
И в то же мгновение лошадь пустилась в галоп, расправила крылья и спрыгнула с обрыва, как показалось девушке, прямо в небо.
