«— Но надо же хоть как-то выдеять свой Клан. Клан Земли — живая зелень, цветы на одежде или в волосах, Клан Воды — серебряные обручи с акириаллами на голове, Клан Огня — изображение пламени на одежде, Клан Воздуха — медальон с символом их Бога, его я не могу описать, сама поймешь, когда увидишь. Ну а мы используем черный цвет в одежде».
«— Ясно, а что такое акири… акиру… вообщем те камни на обручах?».
«— Акириаллы. Это драгоценные камни, внутри которых находится вода, они копят энергию для своих носителей».
«— Давно хотела спросить, а наши разговоры никто перехватить не может?».
«— Перехватить? Да, испортил тебя Дальний мир… Лин, общаться ментально могут только представители Клана Верховной Богини, и я тебя уверяю, что ты первая заметишь, если кто-нибудь из них полюбопытствует о нашем разговоре».
«— Почему?».
«— Это известно только Богини. У тебя всегда была очень сильная связь с каждым из нас».
«— Все, мы подходим».
«— Помни, что они всего лишь смертные, не давай им давить на себя».
«— Интересно посмотреть, как это у них получится».
— Приветствую тебя, дочь. — подойдя к девушке, Никоэль обнял принцессу, ободряюще сжав плечи. — Позволь представить тебе многоуважаемых глав великих Кланов.
— Не волнуйся, отец, мы знакомы, — улыбнувшись удивленному правителю и подмигнув Гвен, Лина перевела взгляд на подозрительно тихих старейшин. — Не могу сказать, что рада встрече, однако тот факт, что я вообще вас вижу, обнадеживает.
— Мы тоже рады видеть тебя живой и здоровой, дитя, — леди Элейна торжественно протянула вперед правую руку.
«— Это что же, она хочет, чтобы я ее поцеловала?!».
«— Очевидно».
«— Ну, леди, похоже, вас пора ставить на место!».
«— Не смей. Леди Элейна глава Клана, к ее мнению многие прислушиваются».
«— Гвен, я не собираюсь перед ними раскланиваться!».
«— Будь осторожна, не забывай кто перед тобой находится».
Затянувшуюся паузу прервал герцог Свирийский, подойдя к принцессе и по-отечески поцеловав ее в лоб.
— Вижу, ты все же определилась, — посмотрев ему в глаза, Райлин невольно почувствовала уважение к мудрому старику. Еле заметно поклонившись, она приветливо улыбнулась.
— Я уже очень давно сделала свой выбор, герцог, однако тогда было не то время, для его оглашения, — обернувшись, девушка посмотрела на Гвендалин. — Однако мой Клан был всегда со мной.
— В этом я не сомневаюсь, ларрьяны Клана Верховной Богини всегда держались друг за друга и были вместе, — повернувшись к Гвен, герцог склонился в поклоне. — Рад приветствовать вас, леди Гвендалин, глава Клана Жизни и Смерти.
— Взаимно, герцог, я искренне рада видеть все Кланы вместе. Леди Элейна, лорд Кортейн, герцог Лирский, — называя имена, девушка склоняла голову в приветственном жесте, получая взамен не менее низкие поклоны. — Надеюсь у вас все в порядке и Кланы не несут потери.
— Вам прекрасно известно, что идет война, леди, а на войне всегда много потерь, — нахмурившись, Лина посмотрела на герцога Лирского. Мужчина не понравился ей сразу, еще, когда они только вошли в зал: невысокий, худощавый, со злыми глазами, смотрящими на всех свысока. — Если ваш Клан настолько благополучен, то это означает только то, что вы не держите данное слово и не вступаете в схватку с проклятыми раймонами, а вместо этого сидите в своем замке, наблюдая, как гибнут наши люди.
— Успокойтесь, герцог, — заметив, как напряглись после этих слов ее ларрьяны, Райлин решила взять огонь на себя. — Вы глубоко ошибаетесь, думая, что наш Клан ничего не предпринимает, но я не думаю, что такие вопросы уместно решать на праздничном приеме.
— А кто сказал, что меня волнует твое мнение, девчонка? — окинув ее презрительным взглядом, мужчина усмехнулся. — Вижу, манерам ты все также не научилась, раз не только встреваешь в разговор старших, но и даешь им указания. Ты совсем не изменилась, такая же наглая, как и была.
Опустив взгляд, не желая, чтобы кто-либо увидел ее пылающие тьмой глаза, Лина сжала кулаки. Она была просто в ярости: герцог Лирский оскорбил не только ее Клан, но и саму девушку. Однако было кое-что, что изрядно удивило принцессу: когда глава Клана Воды говорил о раймонах, в ее душе проснулось негодование, будто он не имел никакого права гневно отзываться о них. Заметив самодовольную улыбку на лице мужчины, поняв, что тот принял ее опущенный взгляд за смущение, девушка лишь усмехнулась.
— Мне говорили, что старейшины мудры, — намеренно говоря тихо, заставляя присутствующих успокоится, прислушиваясь к ее словам, Лина посмотрела на мужчину. — Однако вижу, что это относится не ко всем, — от ее взгляда старейшины побледнели.
— Если вы думаете, что статус главы Клана позволяет вам, герцог, говорить и делать все, что заблагорассудиться, то глубоко заблуждаетесь. — голос Гвен был холоден, как лед, однако Лина знала, что внутри девушка была в еще большей ярости, нежели она сама. — Никому не позволено оскорблять ни мой Клан, ни моих ларрьянов. Тем более тех, от кого зависит ваша судьба.
— Вы мне угрожаете, леди Гвендалин?
