Слова идут откуда-то из глубины, рождаясь с вибрацией в груди и щекоча горло на выходе. Тонг прикрывает глаза, сосредотачиваясь, чтобы добраться до Нока.
— Проснись.
Новая вибрация рождается в груди, а следом приходит страх.
Всё тело Нока опутано чёрными нитями. И там, внутри, будто в клетке, бьётся маленький зелёный огонёк. Он трепещет, словно пламя на ветру, которого здесь нет.
— Хемхаенг, открой глаза!
Требование, которое Тонг едва слышит: испуганное, надтреснутое. Ему хочется ответить «Нет», но язык прилипает к нёбу, а в следующий момент Тонг проваливается в эту черноту.
* * *Куда ни глянь, всюду деревья: высокие, стройные. Их ветки тянутся к солнцу, ревниво собирая тепло и старательно пряча землю от его лучей.
«Где я?..» — первая мысль, что приходит в голову и тут же рассыпается, стоит только вспомнить о случившемся.
«Сон… Сон Нока?»
Тонг оглядывается, пытаясь найти хоть что-то, хоть какой-то знак, куда двигаться дальше, но вокруг всё так же одни лишь деревья.
— Есть тут кто-нибудь?
Ни единого слова в ответ… Только под ногами появляется тропинка. Она начинается прямо под Тонгом и уводит вперёд, петляя меж стройных стволов.
— Ладно, хорошо. В этот раз хотя бы не вода…
«И не наг» — заканчивает он мысленно, хотя и понимает, что змея просто пока нет. Слишком уж опутавшие Нока нити были похожи на тёмного осьминога, что цеплялся за Пла. И то, что сейчас происходит…
— Пришёл, наконец. — Звучит насмешливо-серьёзный голос, стоит только Тонгу оказаться на границе между лесом и каменистым берегом. Таким знакомым, что внутри всё замирает от узнавания. И страха.
— Здравствуйте, Ваше Высочество.
Мощный, свитый в полукольцо тёмный хвост на уровне бёдер перетекает в человеческое тело: крепкое и сильное, закованное в тёмную традиционную рубашку.
Тонг ожидает увидеть размытое пятно вместо лица, однако в этот раз ничто не мешает его рассмотреть. Суровые черты, чуть раскосые глаза, широкий нос и тонкие, изогнутые в усмешке губы.
Под ложечкой посасывает от узнавания, а в висках поселяется ломота. Он уже видел это лицо. Не единожды видел…
Только раньше он выглядел гораздо моложе.
— Прасонг, — имя срывается с губ прежде, чем Тонг успевает осознать.
— Даже умерев, вы всё ещё помните моё имя, Ваше Высочество, — улыбка становится чуть более искренней и почти касается глаз. — Я должен быть польщён.
— Вы должны убраться.
— Вы так грубы, Ваше Высочество. Эти люди, похоже, не знают о том, что такое манеры и вежливость.
И снова Тонгу говорят про вежливость. Только на этот раз он проглатывает шпильку, выискивая взглядом Нока и… Находя.
Воспоминания удушливым комом встают в горле, не позволяя ни вдохнуть, ни сглотнуть.
Поза в которой лежит Нок…
— И это помните? Браво, — в голосе слышится колкий смех. — Только лучше бы забыли, Ваше Высочество. Ничего хорошего это вам не принесёт.
