Запнувшись о Лёху, орк, направляемый руками разрядника по самбо, перелетел через собственную голову и со всего размаха грохнулся оземь. Из-за огромного веса противника парень не сумел полностью развернуть его в воздухе, чтобы положить на бок, и буян всей тушей упал на спину. Отскочив в сторону, Лёха быстро оглянулся на Родри, посылая ему вопросительный взгляд. В ответ тот только растерянно кивнул, не веря собственным глазам.
Внимательно наблюдавший за поединком десяток орков замер, словно соляные столбы. Кто-то из орков от удивления выронил алебарду, и она, ударившись о землю, звонко задребезжала, выводя собравшихся из ступора. Вздрогнув, гномы дружно заорали от радости, а растерянные орки только молча переглядывались, не понимая, как такое могло произойти. Дождавшись, когда ажиотаж немного спадёт, а десятник сумеет привести дыхание в порядок, Лёха развёл руками, с интересом спросив:
– Угомонился? Теперь сведёшь меня с тем, кто сможет заказ принять?
– Ты как это сделал? – вместо ответа спросил орк, поднимаясь на ноги.
– Руками, – усмехнулся Лёха.
– Не может человек орка так перебросить, – упрямо набычившись, ответил десятник.
– Это в смысле, что на земле сейчас не ты лежал? – рассмеялся парень.
– Это какое-то колдовство, – продолжал упираться орк.
– Ты, краснорожий, напраслину-то не возводи, – яростно огрызнулся Родри, шагнув вперёд. – У тебя вон в пряжке амулет определяющий вшит. Не было никакого колдовства, иначе мы бы все это поняли. Проиграл, так умей признать.
– Ты меня ещё поучать будешь, недоросток?! – зарычал в ответ орк.
– А ну тихо, горячие первородные парни, – осадил их обоих Лёха, переиначив земную присказку. – Ты, десятник, запомни крепко, если сотником хочешь стать. У моего народа есть такая старая, но очень мудрая поговорка: «На силу найдётся сила. На хитреца, хитрец. На камень коса наткнётся, на мудреца мудрец». Чего глаза вылупил? Повторить?
– Ты стихи слагать умеешь? – растерянно спросил орк.
– Ну не так, чтобы очень, но иногда бывает, – нашёлся Лёха, судорожно припоминая все когда-то прочтённые стихотворения. – А эльф у нас вообще бард, – тут же попытался перевести стрелки парень, но орк не обратил на его слова внимания и досадливо отмахнулся:
– Ушастые все петь горазды. А вот чтобы люди стихи слагали, это редкость.
– Чего это, редкость? – сделал вид, что обиделся за свою расу Лёха. – Хорошие стихи сложить – это да, редко у кого получается. А пару строчек сочинить многие могут.
– Странный ты человек, – помолчав, вдруг выдал орк.
– Это чем же? – растерялся парень.
– Вроде с виду, как все. А как заговоришь, так словно у магов в академии учился.
– Ах вот ты о чём, – с облегчением рассмеялся Лёха. – Угадал. У них и учился. Точнее, у одного. Дядя у меня двоюродный – маг. Он и учил.
– А сам что? Не магичишь? – тут же спросил десятник, подозрительно прищурившись.
– Способностей нет, – сделав вид, что удручён, покачал головой Лёха, пытаясь понять, к чему весь этот разговор.
– Это да. Это бывает, – с видом знатока кивнул десятник. – Так чего вам тут надо?
– Да ты издеваешься над нами, что ли, краснорожий? – вдруг вызверился молчавший до того Груд. – Тебе уже трижды сказано было, заказ у нас есть.
– У кого у вас-то? У гномов, эльфа или у этого человека? – иронично уточнил орк.
– У всех, – решительно ответил Лёха. – Только говорить об этом я буду с тем, кто может решения принимать.
– А чего так? Простым солдатом, значит, брезгуешь? – насупился десятник.
– Ты из себя полено-то не изображай. Не в балагане, – фыркнул Лёха, натягивая рубашку. – Раз десятник, понимать должен, что и у деревьев уши могут найтись. Да и повторяться десяток раз не хочется.
– Ладно, – после короткого молчания вздохнул орк. – Собирайся, проводят вас. Только учти, со старейшим говорить будешь только после того, как всё оружие отдашь.
– Добро. Я сюда не воевать пришёл, – не задумываясь, согласился парень.
– Не боишься, что украдут? – подначил его десятник.
– А вот за глупца меня держать не надо, – усмехнулся Лёха. – К старейшему мы вдвоём пойдём. А другие двое добро посторожат.
– Умный, – с непонятной интонацией протянул орк. – Грыдж, отведёшь их к дому старейшего и сдашь на руки сотнику. Пусть он с ними разбирается.
– Ох и тяжёлый вы народ, орки, – вздохнул Лёха. – Сказал же, по делу мы пришли. А ты всё своё гнёшь.
– Кровь между нами, – угрюмо буркнул десятник.
– Это верно, – нехотя согласился парень. – Да только вчетвером ради убийства одного старейшего погибать глупо. Ладно, дело ваше. Пошли, что ли? – спросил он, поворачиваясь к выделенному десятником бойцу.
Тот молча закинул на плечо свою алебарду и широким шагом направился куда-то вглубь удела. Полностью полагаясь на эльфа, Лёха даже не пытался запоминать дорогу. Догнав парня, Родри тронул его за рукав и тихо спросил, подстраиваясь под шаг:
– Ты как его повалить-то сумел? Сколько живу, никогда такого не видел.
– У нас борьба специальная есть, – коротко пояснил Лёха. – Я ею много циклов занимался. А потом ещё и в армии служил.
– А научить можешь? – с потаённой надеждой спросил гном.
