В этот миг один из бандитов вскрикнул и вывалился из седла. До девушки донёсся звук далёкого выстрела. Следом упал ещё один бандит. И ещё. Выстрелы следовали один за другим, и ничего не понимающие разбойники валились с коней. Последний, внезапно сообразив, что остался один, попытался развернуть коня и скрыться, но очередная пуля ударила его в спину между лопаток. А спустя ещё несколько ударов сердца Ватан натянул вожжи, останавливая телегу и радостно выкрикивая:
– Успели, госпожа! Успели!
Очередной спор Родри и Лёхи об удобстве пистолетов в сравнении с револьверами едва не дошёл до драки. Спорили они долго, самозабвенно вопя друг на друга, словно два мартовских кота. То и дело кто-то из гномов просовывал в дверь нос, пытаясь понять, кого, тут убивают и с чего вдруг князь сыплет такими терминами, от которых у всех любопытных бороды в жгут сворачиваются. Наконец, устав орать и охрипнув, оба спорщика отправились на границу удела. По общему решению, третейским судьёй был выбран Груд. Благо вооружен он был и револьвером и пистолетом.
На всякий случай, прихватив оружие, друзья спустились к выходу из горы и, выйдя на тропу, не спеша зашагали к посту. Заметив начальство, гномы удивлённо переглянулись, не забыв поправить амуницию и вытряхнуть из бород крошки после обеда. Родри, кивком головы поздоровавшись с десятком, подозвал к себе насупившегося Груда и, ухватив его пальцем за перевязь, потребовал точного, а главное, честного ответа:
– Тебе что больше нравится, револьвер или пистолет?
– Пистолет, – помолчав, вздохнул гном.
– Почему? – тут же спросил Родри, удивлённо глядя на опытного бойца.
– В нём зарядов больше, перезаряжать проще и быстрее, а главное, у него отдача намного мягче. Целиться удобнее, – вздохнул Груд, то и дело косясь на стоящего с довольным видом Лёху.
– Вот значит как… – задумчиво протянул Родри, отпуская перевязь десятника.
– Не обижайся, князь, но ты сам правду просил, – развёл руками Груд.
– За ней к тебе и пришёл, – кивнул Родри и, повернувшись к Лёхе, решительно добавил: – Ладно. Твоя взяла. Будем перевооружать хирды.
– Только не забудь унифицировать калибр, – тут же потребовал парень.
– Хотел бы забыть, да ты не дашь, – рассмеялся Родри.
– Зря смеёшься, – вздохнул Лёха. – Понимаешь, то количество разумных, что погибли в вашей войне за два десятка циклов, это немного. В моём мире в последней войне за четыре цикла было уничтожено в пять раз больше. Поверь. В том, что касается оружия, мой мир удержу не знал. Так что слушай меня, если хочешь род сохранить.
– А ведь ты не шутишь, – удивлённо протянул Груд, глядя на парня непонятным взглядом.
– Совсем не шучу, – кивнул Лёха. – В той войне два моих деда головы сложили. Так что память об этом, можно сказать, у меня в крови.
– Ты вроде говорил, что и сам в армии служил, – задумчиво протянул Родри.
– Служил. Сержантом был. Десятником по-вашему.
– Выходит, ещё много чего об оружии знаешь. Так? – не унимался князь.
– Так. Только к чему ты всё это спрашиваешь?
– Есть одна идея, – ушёл от ответа Родри.
– Не спеши, старина, – посмотрев ему в глаза, тихо сказал Лёха. – Не всё сразу. Сначала нужно техническую базу подготовить.
– Значит, будем готовить, – решительно кивнул князь.
Их разговор прервал одиночный выстрел, раздавшийся из леса. Дежурный десяток моментально рассредоточился, наведя стволы винтовок на дорогу и лес. Присев рядом с Родри за камень, Лёха старательно всматривался в чащобу, пытаясь понять, что это было. Вскоре снова послышались выстрелы и какой-то мерный рокот. Друзья непонимающе переглянулись. На всякий случай Лёха дослал патрон в патронник и, положив цевьё винтовки на камень, принялся выбирать ориентиры для стрельбы, припоминая всё, чему его когда-то учили в армии.
– Скачет кто-то, – тихо прогудел Груд, приложив ухо к земле. – Лошадей много. И ещё треск какой-то.
– Похоже, кто-то пытается от бандитов в уделе укрыться, – услышав его слова, тяжело вздохнул Родри.
– Так, может, навстречу выйти? Помочь? – вскинулся Лёха, но гном железной рукой удержал его на месте.
– Границу пересекут – поможем. Нет – значит, не повезло, – жёстко отрезал князь, глядя парню в глаза.
– Что-то я тебя не понимаю, – покачал головой Лёха, снова припадая к прицелу.
– В своём уделе я хозяин. А за его границей – один из всех. Мне только судейских крючкотворов тут не хватало, – мрачно буркнул гном.
– А если там дети? Или женщины, как тогда на дороге? – не удержался парень.
– Императорский указ я нарушать не стану, – угрюмо буркнул Родри.
– Тогда хоть скажи, где именно граница удела пролегает, – спросил Лёха, понимая бессмысленность дальнейшего спора.
– Вон, видишь два валуна у дороги стоят? И от них в обе стороны ещё камни разложены на равном расстоянии. Это и есть граница.
