— Ох ты ⁈ И чего там сейчас происходит?- быстро спросил Лёха, пытаясь встать.
— Ты куда собрался?- спросил Эльвар, лёгким толчком вернув парня обратно в лежачее положение.
— Как куда? Там же бой идёт, — попытался возразить Лёха.
— Закончилось всё давно, — снова вздохнул Эльвар.
— Сколько убитых?- мрачно спросил Лёха, глядя на его смурную физиономию.
— Ни одного. Два десятка раненных гномов и почти три десятка орков. Но все выживут, — слабо улыбнулся эльф.
— Так это же здорово, — обрадовался Лёха. — А ты чего тогда такой мрачный?
— Ты же знаешь, я плохо переношу чужую боль, — снова вздохнул эльф.
— Понимаю. Но в данном случае, у нас другого выхода не было. Или позволить им давить расы поодиночке, или сходу бить так, чтоб только сопли кровавые летели. Как думаешь, кто был бы следующим у них на очереди?
— Эльфы, — нехотя кивнул Эльвар. — Я понимаю. Но, к сожалению, ничего не могу с собой поделать.
— Тогда, терпи, брат. Война, это всегда грязь, кровь и боль. И не мы эту войну начали. Кому-то очень хочется, чтобы первородных в империи больше не было. Понять бы ещё, кому именно?- проворчал Лёха, устраиваясь поудобнее. — И сколько мне тут дохлую ворону изображать?
— Пока голова болеть не перестанет, — категорично отрезал Эльвар. — И не вздумай удрать. Сегодня же попрошу Родри, чтобы поставил у дверей пару воинов.
— Зачем?-не понял Лёха, не ожидавший от эльфа такой подставы.
— А чтобы с порога обратно в постель возвращали.
— А я им помогу, — тут же прибавила Даяна.
— И ты, Брут, — вздохнул Лёха, глядя на неё взглядом обиженного щенка.
Этот приём у него отлично проскакивал во времена детства в интернате и на некоторых взрослых действовал безотказно. Но, толи с годами он потерял сноровку, толи и вправду с его головой всё было не так просто, но Даяна выдержала этот взгляд. Потом, не обращая внимания на эльфа, девушка нежно поцеловала его в губы и. отодвинувшись, тихо прошептала:
— Даже не мечтай удрать отсюда. Пока болеешь, ты будешь только мой.
— Да я же тут от скуки сдохну, — чуть не взвыл Лёха.
— Зато выспишься, — сходу парировал эльф. — И вообще, с того момента, как ты стал другом сразу двух рас, твоя голова тебе уже не принадлежит. Это достояние первородных. Так что, лежи, и отдыхай. Потом, через несколько дней, если всё будет хорошо, я принесу тебе пергамент и стило. Будешь новые механизмы придумывать.
— Понятно. Дорвались. Решили за всё сразу отыграться, — мрачно пошутил Лёха.
— Не говори глупостей. И Эльвар совершенно прав, — раздался голос Родри, и гном подошёл к кровати. — Твоя голова, это наше общее сокровище. Так что, её надо беречь.
— А ничего, что к этой голове ещё и туловище приставлено?- фыркнул Лёха.
— Ничего. Прокормим, — рассмеялся Родри.
— Хватит издеваться, лучше расскажи, чем всё дело закончилось, — вздохнул Лёха, сдаваясь.
— После того, как ты всё-таки добил того мерзавца, я приказал воинам проверить все тела и добить раненных. Драконьи скалы вычистили. Но для драконов это нападение обошлось очень большой кровью. Пятнадцать взрослых драконов, двадцать два подростка, и десять яиц в кладках. Для ареала, это огромные потери. Патроны для винтовок у них были с магической обработкой. Другими, драконов просто так не возьмёшь. Похоже, у охотников за драконов научились, — грустно вздохнул гном. — Ты лучше скажи, с чего вдруг ты начал мимо палить. На тебя это не похоже.
— Спешка, и суетливость моя, будь они неладны, — скривился Лёха. — Да ещё Кержак… Весит как матёрый буйвол. Думал, с места его не сдвину. Был бы обычный человек, сбил бы с ног, сам перекатился, и уже взял бы подонка на прицел, как положено. А тут…- Лёха обречённо махнул рукой.
— Да уж, ситуация, — понимающе кивнул гном.
— Ладно, обошлось и хрен с ним. Кержак-то цел?- Быстро спросил парень, вспомнив, что все договоры держатся на авторитете старого орка.
— А что с ним сделается?- удивился Родри. — За камни завалился, рожу расцарапал, а в остальном, жив и здоров.
— И очень надеется, что и ты скоро таким же станешь, — добавил сам Кержак, широким шагом входя в комнату. — Спасибо тебе, Дальвар, — сказал он, протягивая парню руку.
— Не за что, — отмахнулся Лёха, пожимая громадную ладонь орка.
— Ты даже не представляешь, что ты сделал, — грустно усмехнулся Кержак.
— А что я сделал?- не понял Лёха. — В моём мире, такое любой солдат для своего сослуживца такое сделает. Во всяком случае, в армии моего народа.
— Твой поступок успели увидеть почти все мои воины. И вот уже три свечи они только об этом и говорят. Никто из них своим глазам поверить не может, да только, глаза не лгут.
— У родичей тоже все разговоры об этой истории, — кивнул Родри.
— Долгие циклы такого не было, чтобы человек бросился помогать орку, не думая о своей шкуре. Так что, теперь, ты не просто друг рода. Ты один из нас.
— В смысле, орк?- растеряно спросил Лёха.
— Можно и так сказать, — усмехнулся Кержак.
— Не думаю, что все орки с этим согласятся, — помолчав, покачал головой Лёха. — Даже гномы, всё ещё продолжают спорить, и доказывать, что вполне могут и без меня обойтись. Хотя, ничего кроме добра от меня не видели.