— Вот и ты таким же стать должен, — решительно подытожил Лёха. — Знаешь, у меня на родине, умные люди говорят; солдат ребёнка не обидит. А ещё говорят, что воин, это не тот, кто воевать умеет, а кто защищает всех, кто в этой защите нуждается. И что каждый солдат, сам должен для себя решить, кто он. Воин, или просто бандит в форме.
Высказывая всё это, Лёха строил фразы так, чтобы до чувствительного эльфа дошло. Не желание причинять боль, совсем не означает, что ему не нужно это умение. Уметь и не делать, и делать, даже не умея, разные вещи. Эльвар слушал парня внимательно, закусив нижнюю губу и чуть шевеля настороженными ушами. А когда Лёха замолчал, опустил взгляд и долго-долго молчал, пытаясь осмыслить услышанное. Лёха уже решил, что вся его лекция, это разговоры в пользу бедных, когда эльф вдруг выпрямился во весь рост, и решительно тряхнув своим роскошным конским хвостом, сказал:
— Ты прав. Всё только от меня зависит. И умение себя защищать, совсем не значит, что я должен причинять боль всем подряд. Ты прав. Я буду учиться.
— Вот и правильно, — кивнул Лёха, с облегчением переводя дух. — Так что, проводишь нас к пущам?
— Конечно, раз тебе это надо, — кивнул эльф.
— Это не мне надо. Это надо всем перворождённым, — вздохнул Лёха. — Боюсь, вашим расам угрожает серьёзная опасность.
— Так вот о чём толковал Родри, — сообразил Эльвар.
— Угу, — мрачно кивнул парень. — Появилась новая информация от орков, и многое стало понятно. Но, к сожалению, ещё больше запуталось.
— Так всегда бывает, когда сталкиваешься с интригами баронов, — отмахнулся Эльвар.
— А ты то откуда знаешь?- не понял Лёха.
— Это по нашим меркам, я ещё мальчишка, — усмехнулся эльф. — А по вашим, я в пять раз больше тебя на свете прожил, и кое-что повидал.
— Это, да, — согласился Лёха, припомнив, что ушастому больше сотни лет. — Но жил ты не среди людей, а в своей пуще. Так что, про интриги только слышать мог.
— Не только. Мне пришлось много циклов прожить в столице империи, при нашем посольстве, — нехотя признался Эльвар. — Отец отправил, чтобы я мог изучить повадки людей в их привычном окружении.
— Погоди. А сколько ты уже бродяжишь?- неожиданно спросил Лёха.
— А что?- насторожился эльф.
— Уж больно хорошо ты все тропки в лесах вокруг уделов перворождённых знаешь. Так сколько?
— Семь циклов, — вздохнув, признался Эльвар. — На границах всегда спокойнее, чем в людских лесах. Люди сюда стараются не соваться.
— Выходит, ты всю империю обошёл?- с интересом спросил парень.
— И вдоль, и поперёк. И всё только лесами, — с гордостью усмехнулся эльф.
— Не думал, что в империи так много лесов, — задумчиво проворчал Лёха.
— Она почти вся покрыта лесами. Только в предгорьях, и у океанов есть открытые места. Да ещё за закатными холмами степи. Но тех мест я почти не знаю. Дальше холмов заходить не стал. Опасно.
— Ясно. Похоже, нам есть о чём поговорить, — задумчиво проворчал Лёха. — Ладно. Пошли к нашим. Отправляться пора. По пути и побеседуем.
— Хорошо, — покорно кивнул эльф. — А когда ты меня учить начнёшь?
— Вечером. На привале, — подумав, ответил Лёха.
Друзья подошли к попутчикам, и первородные, дружно поднявшись, принялись грузить на себя рюкзаки и оружие. Трофейные винтовки и револьверы после общего обсуждения, было решено отдать оркам. Так что, пара клыкастых бойцов, были вооружены чуть хуже, чем их попутчики. Внимательно разглядывая орков, Лёха пытался составить о них первое мнение, но лица клыкастых были непроницаемы. Убедившись, что просто так раскусить их не получится, Лёха закинул ан спину свой рюкзак и, повернувшись к эльфу, скомандовал:
— Веди, Сусанин.
— Кто?- не понял эльф.
— Не обращай внимания. Это так, мысли вслух, — отмахнулся Лёха, проверяя оружие.
Пользуясь тем, что подлесок позволяет, Лёха пристроился рядом с эльфом, и как только город орков скрылся за кронами, продолжил разговор.
— Расскажи, что видел пока по империи бродил, — попросил он, шагая рядом с эльфом.
— А что именно тебя интересует?- озадачено спросил Эльвар.
— Всё. Какие леса? Что за люди там живут? Какие обычаи?
— Леса везде разные, — помолчав, начал эльф с самого близкого себе. — На закате, как я уже говорил, степи. Народ там живёт опасный. Кочевники. Молятся своим идолам, и святую пятёрку не признают. Жрецы уже много раз пытались им веру поменять, до только так ничего и не вышло. Вначале, степняки даже снятые с них кожи обратно в столицу присылали, и записку — мол, вы с вами не воюем, налоги платим, вот и радуйтесь. А веру нашу не троньте. Потом, когда в степь войска отправили, они жрецов убивать перестали, но и в стойбища их не пускают. В общем, живут, как сами хотят.
— Жёсткие ребятки, — хмыкнул Лёха.
— Не то слово, — кивнул эльф.
— Понятно. Дальше давай.
— На полдень, леса густые, но тёмные. Там на деревьях не листва, а хвоя. Знаешь, что это такое?
— Знаю, у нас они тоже есть, — кивнул Лёха, удивляясь, как легко его мозг начал адаптировать названия иного мира в привычные ему понятия.