Вы — бывший офицер спецназа ГРУ и у вас отсутствуют ноги, потерянные во славу Отчизны. Что бы сделали вы, если бы, уснув в один из обычных дней в наше время, проснулись в детском теле, которое опознали как свое собственное? На улице 1982 год, а вам пять лет. Ваши первые действия, если в полубреду вы УЖЕ рассказали, кто вы и откуда, не тому, кому надо, и на вас начали охоту разведки всех стран? Что же вам остаётся? Так беги, Малыш, беги!
Автор за помощь в написании книги благодарит: Сергея «Уксуса»; Сергея Павлова «Мозг»; Екатерину Корчагину; Кристин-Алису; и многих других, кто искренне помогал мне на форумах ЛитОстровка и СамИздата.
От автора читателям: Книга изначально планировалась как довольно серьезное чтиво по альтернативной истории. Ее я старался писать в легком жанре, чтобы легко читалось, с юмором. Однако у автора, человека не очень серьезного и слегка веселого, книга быстро преобразилась в треш — мне просто надоело нудно описывать все преобразования при попадании в СССР. Поэтому сразу сообщаю — эта книга НЕ альтернативная история, а фантастико-приключенческий боевик с элементами альтистории. Так и читайте ее.
Больно, как же больно. Боль протекала по всему телу огнем. От неожиданной вспышки адской боли в груди Артур невольно застонал. Сквозь шум в голове было слышно чей-то успокаивающий женский голос:
— Все хорошо, Артурчик, все хорошо. Сейчас доктор придет и сделает укольчик. И все пройдет, потерпи немножко, — и тут же кому-то: — Константин Сергеевич, он только что стонал от боли.
Со стороны ног послышался молодой мужской голос:
— Хоть стонет, а то два дня под капельницей пластом лежал.
Артур с трудом приоткрыл глаза. Сквозь застилавшие их слезы разглядел стоящих рядом женщину в белом медицинском халате и молодого парня лет двадцати пяти, тоже в белом халате. Похоже, что движение век медики заметили, поэтому склонились к нему:
— О, очнулся малыш?
Артур непроизвольно поморщился. Так обращаться к человеку, который старше тебя, — это неуважение к нему. Он всегда считал, что надо выказывать уважение прожитым годам. Даже к своему соседу, который старше его всего на одиннадцать лет, он обращался по имени-отчеству. Поэтому, с трудом различая свой голос сквозь шум в голове, с трудом шевеля сухим языком, ответил:
— Мой малыш у тебя во рту не поместится, сынок. Разговаривая с человеком старше тебя, надо оказывать ему уважение. Называть хотя бы по имени-отчеству.
Эта отповедь у Артура отняла немало сил. На лицах стоящих медиков отразилась целая гамма чувств, от изумления до гнева. Врач остановил движением руки открывшую было рот возмущенную женщину. Положив больному руку на лоб, спросил, глядя ему прямо в глаза:
— Ты помнишь, кто ты? Как звать? Расскажи.
Чувствуя, что вот-вот вырубится, Артур ответил:
— Я Александров Артур Кириллович, тысяча девятьсот семьдесят шестого года рождения. Мне тридцать пять лет, — и, глядя презрительно на доктора, добавил: — Майор ГРУ в отставке. Ветеран второй Чеченской войны. Все. Хватит с вас.
Доктор насмешливо улыбнулся:
— Ну и как там, в будущем? СССР всех впереди?
Настала очередь Артура изумиться:
— Какой, на хрен, СССР?! Он же развалился в девяносто первом?!
Артур с удивлением смотрел на лица ошарашенных медиков. Врач встал и обменялся с женщиной странными взглядами. Что-то было не так. Вдруг он понял, что чувствует конечности. С трудом приподняв под взглядами врачей правую руку, посмотрел на нее. Это была пухлая, исцарапанная рука ребенка, от неожиданности у Артура закружилась голова, и все померкло перед глазами, после чего он провалился в спасительную темноту…
… — И все-таки мне бы хотелось, чтобы Артур задержался у нас подольше, — говорил врач-педиатр родителям мальчика.
Разговор происходил на следующий день после того, как ребенок очнулся. Родители мальчика переживали, не отразится ли на ребенке происшедшее, нормальным ли будет он. Врач повернулся к отцу Артура:
— Кирилл Андреевич, расскажите снова, как это произошло. Только подробно, по секундам.
Поведя здоровенными плечами, тот начал рассказ:
— Да что там говорить? Пришел я за ним в садик, сказал воспитательнице, чтобы позвала сына. Где-то через две минуты прибежал Артур. Я посадил его на скамейку и начал надевать ему на ноги ботинки. Но Артур внезапно сказал, что забыл любимую игрушку, скинув обувь, побежал в игровой зал. И через секунду я услышал крик Елены Викторовны, воспитательницы Артура. Когда я забежал в зал, увидел лежащего на полу сына. У него шла кровь из ушей. Воспитательница дала мне аптечку и начала звонить в скорую, а я перевязал его и вынес на улицу. Скорая быстро приехала. Привезли в больницу, Артура сразу на каталку, а меня выставили в коридор, вроде все.
