Для Иоанна IV эффект от канонизации его врага был бы катастрофическим, поскольку это выставило бы его противником сил добра, гонителем друзей Бога, орудием дьявола. Поэтому, он был вынужден укреплять связи со своим единственным настоящим союзником, Эдуардом III, у которого были и другие средства давления на него: например, графство Ричмонд. И к тому же Иоанн IV все еще был должен Эдуарду более 100.000 экю. Наконец, их связывали хорошо понятные экономические интересы: Бретань была важна для морского сообщения между Англией и Аквитанией, в котором она активно участвовала.
Пока действовал договор в Бретиньи, Иоанн IV мог в лучшем случае сохранять двусмысленную ситуацию, созданную его весьма неопределенным оммажем Карлу V в 1366 году. По мнению Иоанна IV, использованная форма принесенного герцогом оммажа не была лигитимной; по мнению королевских юристов, она была таковой. Пока был относительный мир, можно было как-то сосуществовать. Но в 1369 году, с возобновлением войны между Карлом V и Эдуардом III, вопрос вассалитета встал вновь: Иоанн IV должен был выбрать себе сюзерена. Для короля Франции проблем не было, он принял от герцога оммаж, поэтому, тот как вассал, должен был отправить свой феодальный контингент сражаться в его армии. Иоанн IV уклонялся, оправдывался и заявлял о своей верности и преданности: разве мало бретонцев в королевских войсках, начиная с Дю Геклена и Клиссона, которые были его вассалами? В то же время он вел тайные переговоры с Эдуардом III и 19 июля 1372 года герцог заключил с ним наступательный и оборонительный союз, который предусматривал отправку английских солдат в Бретань и участие герцога в английском наступлении во Франции. За договором, который был секретным, в сентябре, последовала высадка четырехсот английских латников и четырехсот лучников в Сен-Матье. Бретонские бароны были очень обеспокоены и предупредили Карла V, который приказал своему коннетаблю, находившемуся в Пуатье, съездить и посмотреть, что происходит в Бретани.
В конце октября Дю Геклен в сопровождении герцога Бурбонского и небольшого отряда вошел в герцогство и направился в Ренн. Это была разведывательная миссия: выяснить настроения бретонцев, в особенности дворянства, узнать точные намерения Иоанна IV и англичан. Поскольку герцога не было в Ренне, небольшой отряд отправился на запад, в сторону Гаэля, когда стало известно, что герцогиня Джоана Холанд только что покинула Ренн, чтобы отправиться в Ванн. Дю Геклен перехватил ее в пути, и в ее багаже был найден пергамент секретного договора о союзе с Эдуардом III. Обрадованные такой находкой, коннетабль и герцог Бурбонский распространили текст договора среди бретонских баронов, которые были возмущены таким вероломством. В результате сеньор де Рье открыл ворота Редона для французских войск.
Карл V, узнав об этом преступлении герцога, направил своему вассалу суровое письмо. Это письмо было унизительным для Жана IV, герцога отчитали, как ребенка, который сделал глупость из глупости и которому преподали урок феодального права и морали, с отеческим советом — отправьте этих англичан домой поскорее:
