Дорогой, самый любимый и прекрасный кузен. Мы получили ваши письма, в которых говорится, что англичане прибыли в вашу страну Бретань и вы привели их туда, не для того, [как вы говорите] чтобы нанести ущерб нашему королевству, но чтобы привести в повиновение сира Клиссона и других жителей вашего непокорного герцогства.
Тому, что вы привели упомянутым англичанам, мы очень удивились и ни за что бы не поверили, если бы не знали об этом с уверенностью из ваших писем и прочего. И хотя вы обещали нашим братьям, герцогам Беррийскому и Бургундскому, и нашему коннетаблю — которые прибыли в ваше герцогство с намерением выступить против наших упомянутых врагов, — что вы прикажете разоружить их и выслать из Франции, тем не менее вы ничего этого не сделали, и, что еще хуже, вы по-прежнему посылаете в Англию за подкреплениями.
Знаете ли вы, мой дорогой кузен, что вы передали нам в качестве пэрства Франции герцогство Бретенское и являетесь его суверенным повелителем? И поэтому вы не должны принимать или принимать наших врагов, но должны держать и почитать всех наших врагов как своих собственных, и взимать с них плату и ущерб всей своей силой; и так же должны поступать все ваши подвластные, поскольку мы также являемся их суверенным повелителем.
Кроме того, вы пэр и часть короны Франции; поэтому было бы против природы и против разума, если бы часть тела была отделена и противоречила своей голове, и если бы то, что было врагом для головы, было бы дружественным для членов. […]
Что касается ваших объяснений, что вы привели наших врагов против некоторых из ваших непокорных вассалов, и в частности против сира Клисона, — мой дорогой кузен, вам не было нужды приводить наших врагов в вашу страну для этого дела, так как вы там более могущественны, чем любой из ваших вассалов, и можете привести их к повиновению через ваших вассалов в вашем герцогстве.
Мой дорогой кузен, в этих вопросах вам дают советы некоторые наши враги, которые не думают ни о вашей, ни о нашей пользе, и для них не имеет значения, как пойдут ваши дела, но [при условии], что их дела пойдут хорошо. И за это мы умоляем вас, как можем, и тем не менее просим и приказываем, чтобы, как только вы прочтете это письмо, вы заставили упомянутых англичан покинуть вашу страну и отослали их, и впредь не принимали и не призывали никого из них.
