Дюльбер 1918 полностью

ФЕЛИКС. А власть меняется. Возвращаемся к старым титулам. Разрешите представиться, господа, кто забыл (щелкает каблуками). Феликс Феликсович Юсупов, граф Сумароков-Эльстон.

ЗАДОРОЖНЫЙ. Меня, скорее всего, немцы расстреляют или повесят. Впрочем, будь что будет. Я не побегу, спасая свою шкуру.

Распахивается дверь, и в комнату входит немецкий офицер с двумя солдатами. Они одеты в серую немецкую форму. Офицер обращается к Марии Федоровне.

БЕРТОЛЬД. Wir haben die Ehre, Euer Durchlaucht zu bergussen (далее говорит по-русски с акцентом.) Имею честь приветствовать вашу светлость. Я полковник германской армии Бертольд.

МАРИЯФЕДОРОВНА. Ich freue mich sehr, Sie zu sehen, der Herr. Я очень рада вас видеть, господа.

АЛЕКСАНДР МИХАЙЛОВИЧ. Горячо приветствуем вас во дворце «Дюльбер».

БЕРТОЛЬД. Мне поручать обеспечить безопасность вашей светлости.

В этот момент он видит стоящих в стороне Задорожного со Степаном.

Wer sind diese Leute? Кто эти люди?

АЛЕКСАНДР МИХАЙЛОВИЧ (услужливо.) Это наша предыдущая охрана из Севастопольского Совета.

БЕРТОЛЬД (возмущенно.) Большевики? Немедленно арестовать. Sofort verhaften (говорит своим солдатам).

Немецкие солдаты подходят к Задорожному и Степану. Заламывают им руки за спину.

Уведите их. Bringt sie weg. Им нужно готовиться к расстрелу.

МАРИЯ ФЕДОРОВНА. Я прошу вас этого не делать. Прошу не менять охрану нашего дворца. Оставьте весь отряд Задорожного для дальнейшей охраны «Дюльбера».

БЕРТОЛЬД. Вы серьезно? Это совершенно невозможно. Вы иметь в виду ваших бывших тюремщиков. Оставить их опять вас охранять? Это есть шутка?

МАРИЯ ФЕДОРОВНА. Нет, это не шутка, именно так. Да и они к тому же русские.

Она подходит к Задорожному.

Не волнуйтесь, Филипп Львович. Вы очень хорошо к нам относились. И мы против вас ничего не имеем.

Оборачивается к Бертольду.

Прошу вас отпустите их.

БЕРТОЛЬД (говорит немецким солдатам). Lass sie los. Отпустить.

Солдаты отпускают Задорожного со Степаном. Задорожный подходит к Марии Федоровне.

ЗАДОРОЖНЫЙ. Благодарю вас, матушка. Вы спасли нам жизнь. Мы этого никогда не забудем (кланяется ей.)

МАРИЯ ФЕДОРОВНА. Вы этой ночью спасли наши жизни.

Задорожный и Степан уходят.

БЕРТОЛЬД. Я не понимать вас, русских. Психология русского человека — самый загадочный и непонятный во всем мире. Впрочем, как вам будет угодно.

ФЕЛИКС. Да, мы такие. У нас еще по улицам медведи ходят.

БЕРТОЛЬД. Какой медведь?

АЛЕКСАНДР МИХАЙЛОВИЧ. Не принимайте его слова серьезно, господин полковник. Он шутит.

БЕРТОЛЬД (обращается к Марии Федоровне). Ваша светлость, у меня есть письмо для вас от германского кайзера Вильгельма Второго (передает ей письмо.)

Мария Федоровна отходит в сторону и раскрывает письмо. Читает.

АЛЕКСАНДР МИХАЙЛОВИЧ (нетерпеливо.) Что, что там написано?

МАРИЯ ФЕДОРОВНА. Германский кайзер готов прислать за нами корабль из Константинополя и забрать нас.

БЕРТОЛЬД. Каков будет ваш ответ?

МАРИЯ ФЕДОРОВНА. Передайте кайзеру, что я глубоко тронута, но полагаю, что с вашим приходом в Крым нам ничего не грозит. Никакой опасности для меня здесь нет. Я не могу себе позволить бежать из России таким вот образом.

БЕРТОЛЬД. Heimat ist Heimat. Родина есть родина. Я передать кайзеру ваш ответ. Всего наилучшего. Auf Wiedersehen.

Бертольд кланяется и уходит вместе с солдатами.

АЛЕКСАНДР МИХАЙЛОВИЧ. Государыня, вы не поторопились с ответом?

МАРИЯ ФЕДОРОВНА. А вам не кажется, Сандро, что нас, Романовых, спасает от нашего же народа наш злейший враг кайзер, с которым мы воевали больше трех лет? Что может быть унизительнее этого? Мое присутствие здесь в Крыму укрепит дух защитников полуострова. Я останусь и буду держаться до последнего. А решение покинуть Россию с немцами безрассудно и эгоистично.

ФЕЛИКС (подходит к Марии Федоровне). Я поддерживаю ваше решение, государыня. Останемся в Крыму.

МАРИЯ ФЕДОРОВНА. Я русская императрица не только по титулу, но и душою. Можно более чем гордиться сознанием того, что принадлежишь к такому великому и прекрасному русскому народу.

Картина шестая