В комнате повисло тревожное молчание.
Джессика, посмотрев на Лето, увидела слабое дрожание в уголках его рта, заметила румянец, заливший его щеки Что его так рассердило? спросила она себя. Конечно же не то, что я пригласила контрабандиста…
— Некоторых из вас удивило мое решение о раковинах и полотенцах, хмуро проговорил Лето — Должен вам сказать, что измениться должно многое. Молчание, воцарившееся за столом, сделалось тягостным.
«Они думают, что он пьян», — подумала Джессика.
— Лето поднял свой бокал.
— Сейчас, как кавалер империи, я хочу предложить тост, — сказал он.
Все подняли свои бокалы и посмотрели на герцога.
— Я здесь, и я здесь останусь! — воскликнул он.
Многие уже поднесли бокалы к своим губам, но им пришлось снова опустить их, так как герцог предупреждающе поднял руку:
— Мой тост: дело двигает прогресс. Счастье можно найти повсюду!
Он сделал глоток. Остальные последовали его примеру, поглядывая друг на друга.
— Гурни! — позвал герцог. Из алькова, находящегося в другом конце комнаты, что был ближе к герцогу, раздался голос Хэллека.
— Я здесь, мой господин!
— Поиграй нам, Гурни.
Из алькова раздались звуки бализета. Повинуясь знаку герцога, слуги начали разносить блюда с едой и расставлять их на столе Все еще продолжая стоять, герцог сказал?
— В старые времена в обязанности хозяина входило развлекать гостей, используя свои таланты. — Костяшки его пальцев побелели, так крепко он сжимал бокал — Я не умею петь, но я скажу вам слова этой песни. Считайте их следующим тостом — тостом в память тех, кто умер, создавая для нас эту жизнь.
Сидящие за столом обменялись тревожным шепотом. Джессика опустила взгляд. Герцог качал декламировать:
Смотрите все -
Проходят тени древних войск,
Презревших боль и денег звон,
Идут полки
И серебром, как и на наших формах,
Сверкают тускло их воротники Смотрите все -
Проходят тени древних войск,
Не знавших подлости, измен,
Полки идут
И пронеся его через столетья,
Соблазн удач они с собой несут
Смотрите все -
Проходят тени древних войск,
Солдаты-призраки идут своим путем.
Друзья!
Когда для нас придет черед,
Соблазн удач в дорогу мы возьмем!
Герцог возвысил голос на последних словах, сделал большой глоток из бокала и поставил его на стол так резко, что вино расплескалось.
Остальные выпили в смущенном молчании И снова герцог поднял свой бокал и на этот раз выплеснул его содержимое на пол, зная, что остальные должны последовать его примеру.
Первой это сделала Джессика. И после минутного оцепенения остальные проделали то же самое. Джессика видела, что Пол, сидящий рядом с отцом, изучает реакцию окружающих его людей. Она тоже не могла удержаться от наблюдений.
С наибольшим интересом она наблюдала за Кайнзом. Планетолог было заколебался, потом вылил содержимое бокала в сосуд своего стилсьюта. Заметив, что Джессика смотрит на него, он улыбнулся и поднял пустой бокал в молчаливом тосте. Казалось, все эти действия нимало его не смутили. Музыка Хэллека все еще доносилась из алькова, но она перешла на мажорный лад и была теперь веселой и живой, как будто трубадур пытался поднять настроение тех, кто его слушал.
— Давайте приступим к обеду, — сказал герцог и сел.
"Он сердит и неуверен в себе, — подумала Джессика. — Потеря краулера задела его гораздо глубже, чем можно было думать. Он ведет себя как человек, попавший в отчаянное положение. Его положение и в самом деле ужасно…?
Вначале медленно, потом все более оживляясь, обед шел своим чередом. Фабрикант стилсьютов сделал Джессике комплимент по поводу обеда.
— Мы привезли все с Каладана, — ответила она.
— Великолепно! — повторил он, смакуя еду… Просто великолепно! И никакого меланжа. Так устаешь от этого спайса!
Представитель банка Союза посмотрел на Кайнза.
— Насколько я знаю, доктор Кайнз, червь разрушил еще одну фабрику?
— Новости разносятся быстро, — сказал герцог. — Так это правда? — спросил банкир, обращаясь к Лето.
— Конечно, правда! — рявкнул Лето. — Машина провалилась сквозь землю, хотя это и кажется невероятным.
— Когда появился червь, ничто не могло спасти краулер, — сказал Кайнз.
— И никто не видел, как появился червь? — спросил банкир.
— За пустыней следят стопперы, — сказал Кайнз. — Штат машины обычно состоит из четырех человек: двоих водителей и двоих помощников. Если один или даже двое были в числе тех, кому платят враги герцога…
— А-а-а, понятно, — протянул банкир. — А вы, судья по изменениям, в этом сомневаетесь?
— Я буду вынужден тщательно обдумать ситуацию, — ответил Кайнз — И уж, конечно, не буду обсуждать этот вопрос за столом.
А сам подумал «Скелет обглоданный! Тебе ведь известно, что я получил инструкцию не обращать внимания на подобного рода нарушения».
Банкир улыбнулся и вернулся к еде.
