«Значит, пришло время, – подумала Джессика. – Полу придется улаживать все самому, Преподобная Мать не смеет вмешиваться в вопросы преемственности власти».
Отпустив руку матери, Алия сказала:
– Я пойду вместе с Тартар, послушаю молодых. Быть может, найдется способ избежать поединка.
Не отводя глаз от Тартар, Джессика ответила Алие:
– Ступай, дай мне знать сразу же, как только что-нибудь разузнаешь сама.
– Преподобная Мать, мы не хотим этого, – сказала Тартар.
– И мы, – согласилась Джессика, – племени нужны все его силы. – Она поглядела на Хару. – Ты пойдешь с ними?
Хара ответила на невысказанный вопрос:
– Тартар не позволит, чтобы Алию обидели. Скоро мы с ней будем женами одного мужчины. Мы говорили уже, Тартар и я. – Хара поглядела на Тартар, потом на Джессику. – Мы понимаем друг друга.
Тартар протянула руку Алие и сказала:
– Придется поторопиться, молодежь уже собралась.
Они протиснулись через тяжелые занавеси, рука девочки была в руке невысокой женщины, но предводительствовала малышка.
– Если Пол-Муад'Диб зарежет Стилгара, это будет во вред племени, – сказала Хара. – Раньше власть всегда передавалась таким путем, но времена изменились.
– И для тебя тоже, – заметила Джессика.
– Не думай, что я сомневаюсь в исходе поединка, – произнесла Хара. – Усул не может проиграть его.
– Именно об этом я и хотела сказать, – проговорила Джессика.
– Ты думаешь, мною движет собственный интерес, – сказала Хара. Она качнула головой, водные кольца на шее звякнули. – Как ты ошибаешься… Может быть, ты считаешь еще, что я до сих пор не примирилась с тем, что не меня выбрал Усул, и я ревную к Чани?
– Ты выбрала сама свою долю, – ответила Джессика.
– Мне жаль Чани, – сказала Хара.
Джессика насторожилась:
– Что ты имеешь в виду?
– Я знаю: ты считаешь, – продолжала Хара, – что Чани не подходит в жены твоему сыну.
Успокоившись, Джессика откинулась на подушки, пожала плечами:
– Хорошо, пусть и так…
– Возможно, ты и права, – сказала Хара, – и в этом у тебя есть неожиданная союзница – сама Чани. Она хочет для себя лишь того, что нужно Ему.
Джессика проглотила внезапно вставший в горле комок:
– Чани очень дорога мне. Она может не…
– Что-то у тебя ковры запылились, – сказала Хара, пряча глаза от Джессики. – Здесь все время толкутся люди. Надо бы чистить их почаще.
Пол ожидал на гребне, чуть в стороне от линии движения гиганта. «С нетерпением, не с ужасом, простительным для контрабандиста, буду я ждать, – напоминал он себе. – Я стану частью пустыни».
Колоссальный червь был уже рядом, в нескольких минутах, наполняя воздух шипением раздвигаемого песка. Громадные зубы в округлой зияющей пасти поблескивали лепестками гигантского цветка. Запах специи наполнял все вокруг.
Конденскостюм, казалось, стал второй кожей на теле Пола, а нософильтров, дыхательной маски он уже почти и не ощущал. Сказывалась школа Стилгара, долгие утомительные тренировки в песках.
«На сколько следует отступать от приближающегося делателя, если стоишь на гравийном песке?» – спрашивал его Стилгар.
Ответ Пола был точен: «Отступлю на полметра на каждый метр диаметра».
«А зачем?»
«Чтобы не затянуло внутрь при его приближении и можно было успеть добежать и взобраться на него».
«Ты ездил на маленьких, которых разводят, чтобы получать семя и Воду Жизни, – говорил Стилгар. – Но из пустыни на твой зов придет дикий делатель, состарившийся в песках. Такого следует уважать».
Глубокое уханье колотушки утонуло в шипении… червь приближался. Пол глубоко дышал, запах горных пород проникал и сквозь фильтры. Дикий делатель, состарившийся в пустыне, надвигался почти прямо на него. Передние сегменты отбрасывали вперед песчаную волну, что вот-вот должна поглотить его по колено.
«Ну, ближе, ближе, чудная тварь, – думал он. – Ближе. Я зову тебя. Ты слышишь. Ты слышишь!»
Волна песка приподняла его ноги. Пыль окутала с головой. Покачнувшись, он устоял, не замечая теперь ничего, кроме движущейся мимо в пылевых вихрях округлой стены, сегментированного утеса. На шкуре чудовища отчетливо проступали границы сегментов.
