– Прикажи своим сдаться, – сказал Пол, махнув вниз, к границе скал и песка. Гарни нерешительно обернулся, боясь отвести взгляд от Пола. Сопротивления почти не было. Со всех сторон их окружили пустынные воины в своих капюшонах. По крыше умолкшей фабрики-краулера разгуливали фримены. Летательных аппаратов над головой не было видно.
– Прекратите сопротивление! – заорал Гарни. Он сложил руки воронкой, чтоб стало слышнее. – Я – Гарни Холлик! Прекратите сопротивление!
Пары бойцов медленно, осторожно расходились. Удивленные лица повернулись к нему.
– Это друзья! – крикнул Гарни.
– Тоже мне, друзья, – громко откликнулся кто-то, – перерезали половину наших!
– Это ошибка, – сказал Гарни, – не добавляйте новых жертв.
Он повернулся к Полу, взглянул в его синие-синие, фрименские глаза.
На губах Пола играла улыбка, но жесткий взгляд напомнил Гарни взгляд старого герцога, деда Пола. Было и кое-что новое для Атрейдеса: иссохшая кожа, расчетливые глаза, за которыми угадывалась привычка «взвешивать» каждый из окружающих его предметов.
– А говорили, что ты умер, – повторил Гарни.
– Так было безопаснее для нас, – ответил Пол.
В этих словах Гарни услышал извинение – другого не будет – за то, что его бросили одного, без поддержки, заставили поверить, что его юный герцог, его друг – мертв. Он подумал: «А осталось ли в этом воине хоть что-то от мальчика, которого я учил бою?»
Пол шагнул вперед, глаза его потемнели:
– Гарни…
Все случилось само собой – они обнимались, хлопали друг друга по спине… Действительно, живое тело!
– Ну, молодец! Ну, молодец! – твердил Холлик.
Пол отзывался:
– Гарни, ай да старина! Старина Гарни!
Наконец они слегка отступили, поглядели друг на друга. Гарни глубоко вздохнул:
– Так вот откуда у фрименов эта боевая мудрость! Мне следовало бы догадаться. Они все время поступают так, как сделал бы я сам. Если бы только знать… – Он покачал головой. – Если бы ты, мальчик, просто переслал мне весть. Ничего бы не остановило меня. Я прибежал бы сразу и…
Взгляд Пола заставил его умолкнуть – твердый взвешивающий взгляд. Гарни вздохнул:
– Конечно же, нашлись бы и такие, кому стало бы любопытно, куда это сломя голову помчался Гарни Холлик, и не все ограничились бы только вопросами. Им потребовались бы и ответы.
Пол кивнул, оглядел обступивших фрименов: на лицах фидайинов читалось любопытство. Он вновь перевел взгляд от собственных смертников на Гарни. В этой встрече он видел добрый знак, она сулила хорошее будущее. Это увеличивало радость.
«Если со мной будет Гарни…»
Пол взглянул вниз, за спины фидайинов, на оставшихся в живых контрабандистов.
– За кого твои люди, Гарни? – спросил он.
– Все они – контрабандисты, – отвечал тот, – они за выгоду – где она есть.
– В нашем деле трудно найти выгоду, – отвечал Пол, уловив еле заметные движения пальцев на правой руке Гарни, старинный кодовый сигнал Атрейдесов, означавший, что среди контрабандистов были люди, которых следовало опасаться.
Прикоснувшись к губе, он дал понять, что заметил сигнал. Оглядел стоявших поодаль на скалах фрименов. Взгляд его упал на Стилгара. Воспоминание о его еще неясной судьбе несколько охладило оживление Пола.
– Стилгар, – сказал он. – Это Гарни Холлик, о котором я тебе говорил. Один из мастеров боя, что служили у отца, мой учитель и старый друг. Ему можно доверять полностью.
– Я слышал, – ответил Стилгар, – ты его герцог.
Пол поглядел на его профиль, темневший на фоне камней, задумался на мгновение. Что заставило Стилгара сказать именно эти слова?
«Мой герцог! – подумал Гарни, по-новому оглядев Пола. – Да, Лето мертв, и титул теперь лег на плечи Пола».
И вся эта фрименская война на Арракисе начала приобретать у него в голове совершенно иной облик. Мой герцог! Давно отмерший кусок его души стал оживать. Только частью сознания воспринял он приказ Пола разоружить контрабандистов и допросить.
Полностью смысл приказа дошел до него с опозданием, когда кое-кто из его людей начал протестовать. Он покачал головой, стремительно обернулся.
– Вы что, оглохли? – отрезал он. – Это законный правитель – герцог Арракиса. Повинуйтесь его приказу!
Не скрывая недовольства, контрабандисты подчинились.
Пол подошел к Холлику и негромко произнес:
– Гарни, я не ожидал, что в эту ловушку попадешь именно ты.
– Я полностью одурачен, – сказал Гарни. – Держу пари, это пятно специи не толще песчинки – наживка, и ничего более.
– Считай, что пари ты выиграл, – ответил Пол. Он поглядел вниз, на сдававших оружие контрабандистов. – В твоем экипаже есть еще кто-нибудь из людей моего отца?
– Никого. Все разбежались. Кое-кто зацепился среди вольных торговцев. А большая часть потратила весь заработок, чтобы только убраться отсюда.
– Но ты остался.
– Я остался.
– Из-за Раббана, – констатировал Пол.
– Я было решил, что кроме мести у меня уже ничего нет.
