Нет ничего удивительного, что среди всеобщего ропота раздался и голос Мемнона Торвальда, который разослал через своих замаскированных сторонников велеречивое послание, состряпанное на какой-то планете, где он окопался, прячась от гнева Императора. Торвальд, ничтоже сумняшеся, взял на себя ответственность за покушение. Он рассказывал о том, как подослал в дом Императора своих людей, как они едва не убили его близких. Но в этой писанине было множество неточностей, оно изобиловало противоречиями относительно того, что происходило в цитадели на самом деле. Представлялось, что в данном случае Торвальд просто воспользовался подвернувшейся ему возможностью и попытался использовать трагедию к своей выгоде. Но вождь мятежников был, пожалуй, слабоват для того, чтобы придумать и привести в исполнение такой грандиозный и изощренный план.
Помимо того что люди, совершившие покушение, умело напомнили о летающих дисках на свадьбе Лето, они, кроме того, проявили недюжинное знание способностей Пола, так как выбрали в качестве оружия самонаводящиеся отравленные разными ядами снаряды. Это очень сильно напоминало покушение, едва не убившее Пола вскоре после его прибытия на Дюну. На этот раз, учтя, что одного снаряда может оказаться недостаточно, применили их много и с разными ядами. Заговорщик, или заговорщики, были хорошо осведомлены о способностях Императора Муад’Диба.
«Но все же недостаточно хорошо для того, чтобы убить его».
Чтобы просто установить такое множество самонаводящихся снарядов и заложить бомбу под императорский трон, надо было обладать неограниченным доступом к этому участку Небесного аудиенц-зала во время его строительства. Учтя это обстоятельство, Кизарат Корбы арестовал всех рабочих, участвовавших в этом строительстве, и допросил их, проявив при этом больше фанатизма, чем ума. По странному стечению обстоятельств многие подозреваемые были убиты на улицах Арракина, став, по видимости, жертвами грабежей и разбойных нападений. Допросу с пристрастием подверглись лишь оставшиеся в живых.
Когда тень подозрения легла на самого Корбу, он принялся горячо протестовать. Но факты упрямы. Документы и свидетельства допрошенных говорили о том, что именно он вносил множество изменений в детально проработанные планы цитадели, причем вносил зачастую в последнюю минуту. Во время строительства Корба требовал архитектурных изменений, и тогда это казалось просто диктатом и капризом. Но теперь такие действия выглядели вдвойне подозрительными, ведь это создавало дополнительные возможности для установления смертоносных сюрпризов.
Слыша такие вопросы, Пол припомнил один эпизод из времен харконненовской оккупации. Тогда он и его отряд фрименов захватили в открытой пустыне Гарни Холлика и группу его контрабандистов. После того как Гарни сказал Полу, что некоторым его людям нельзя доверять, он поручил Корбе расследовать это дело и найти шпионов. Действительно, некоторые из контрабандистов оказались переодетыми сардаукарами, но Корба каким-то непостижимым образом ухитрился не найти оружия – фальшивых ногтей, удавок из шиги, спрятанных в волосах, кинжалов, скрытых в конденскостюмах. Это был вопиющий провал. Был ли он и тогда преднамеренным?
Слушая оправдания Корбы, Пол не мог отделаться от впечатления излишней горячности его протестов. Корба был слишком возмущен, слишком многословен. Не намеревался ли Корба, сделав из Муад’Диба мученика, захватить в Империи верховную религиозную власть? Да, решил Пол, Корба был вполне способен на такое.
Но тем не менее в конце разговора внутреннее чувство подсказало Полу, что этот человек не лжет.
Когда настала очередь мастера меча Бладда подвергнуться допросу, Пол понимал, что Корба проведет его со всем тщанием, на какое окажется способным. Бладд бросился в самую гущу трагедии, не заботясь о собственной жизни, он спас Ирулан от снарядов и уберег Пола от взрыва и едва не умер от отравленной раны.
Но при всем том Бладд пронес на церемонию защитный электронный экран, невзирая на запрет. Кроме того, он почувствовал, что под троном заложена бомба. Или, быть может, знал?
Пол почувствовал, как по спине побежали мурашки.
Как ни удивительно, но выздоравливающий мастер меча и не думал отрицать свою причастность к делу, когда к нему на квартиру явился Корба со своими следователями.
– Я ожидал, что вы захотите поговорить со мной раньше. Вы могли тем самым избавить себя от множества трудностей. – Он презрительно фыркнул. – Кроме того, вы могли бы сохранить жизни тех невинных людей, которых вы замучили на допросах. Прежде чем продолжить, я требую аудиенции у Пола Атрейдеса.
Немного поколебавшись, Корба вдруг обратил внимание, что Бладд одет в свой самый щегольской парадный костюм. Несмотря на то что и сам Корба, подражая чужеземцам, начал носить изящные костюмы, непроизвольно следуя за мастером меча, он приказал раздеть этого франта, обыскать и проверить, как это было положено делать с захваченными в плен сардаукарами.
