Раббан оправился от падения с лошади и смог встать на ноги. Он бросился бежать со скоростью, на какую только были способны его мощные ноги. Побежал он к отрогам скал, обрамлявшим каскад водопадов. Несомненно, Раббан хотел спрятаться в какой-нибудь щели, как спасающая свою жизнь крыса.
Дункан и Гарни бок о бок понеслись на своих машинах над склоном. Оставив машины на большом плоском камне, они продолжили преследование бегом. Дункан обнажил меч, увидев зажатый в щели между камнями шлем с черными перьями. В этом месте Раббан бросил его. Они слышали, что он ненамного опередил их. Раббан изо всех сил рвался вперед, гремя камнями, разлетавшимися из-под его ног. Сейчас он находился на узком уступе.
Окружая Раббана, преследователи разошлись, беря его в «вилку». Дункан и Гарни бежали по тропинкам, огибавшим покрытые лишайником камни, как по лабиринту. Дункану показалось, что он чувствует в воздухе запах страха. Он провел языком по пересохшим губам, вдохнул запах щелочной пыли Груммана. До этого он был без остатка занят вопросами главной битвы, был потрясен внезапной переменой после тактического хода виконта Моритани со взрывом дна высохшего моря. Теперь же сознание его переполняли воспоминания раннего детства. Он вспомнил страх и ужас, какой испытывал, когда за ним гнался Раббан со своими подручными. Тогда он едва выжил, сумев перехитрить Раббана и бежать. Но сколько же людей убил этот человек с тех пор?
Слишком много.
Дункан рванулся вперед, зная, что Гарни Холлик ненавидит харконненовского ублюдка не меньше, чем он. Но Дункан не хотел уступать удовольствия убить этого мерзавца даже своему лучшему другу.
Цепи скал направляли Раббана на единственную дорогу, так как на бегу он выбирал самый легкий путь, чтобы не снижать скорость. Каждый раз, когда Дункан огибал высокий камень, он ждал, что сейчас увидит там своего заклятого врага, притаившегося в засаде.
Дорожка наконец исчезла в каменной осыпи. Дункан пробежал мимо засохшего дерева, обогнул высокую скалу и вышел на открытый уступ – на край скалы, возвышавшийся на сорок футов над потоком, несущимся к сухой равнине. Раббан стоял на самом краю в полном оцепенении, со страхом заглядывая в пропасть. Он повернулся лицом к своему преследователю, ухватившись за нож, в котором, казалось, было больше драгоценных камней, чем смертоносной стали. Это была дорогая игрушка, а не боевое оружие.
Дункан поднял меч и подошел к Раббану, испытывая внутри ледяное спокойствие.
– Я с удовольствием проткну тебя насквозь, Раббан. Но если ты спрыгнешь со скалы сам, то с меня будет довольно и этого.
Раббан в бешенстве плюнул в Дункана, но плевок повис на внутренней поверхности защитной сферы. Слюна потекла по невидимому барьеру.
– Ты ведь даже меня не узнаешь, не так ли? – спросил Дункан, подумав, что Гарни произведет более сильное впечатление на этого так называемого Твари.
– Он здесь! – Дункан быстро посмотрел в сторону на приближавшегося друга.
Видя, что Дункан на мгновение отвлекся, Раббан бросился на него с кинжалом.
– Мне нет нужды тебя помнить, – прорычал он, – чтобы убить.
Дункан легко парировал удар. К тому же Раббан не учел защитного поля, и кинжал лишь скользнул по его поверхности. Дункан был опытнее в единоборствах, и его новый клинок прошелся по плечу противника, оставив на нем ярко-алый кровавый след.
Раббан взревел и снова взмахнул кинжалом, но Дункан отбил удар мечом, а потом своим полем толкнул поле противника.
– Я уже дважды побил тебя, и теперь я уже далеко не ребенок.
Ноги Раббана соскользнули на самый край обрыва, близко посаженные глаза широко раскрылись от ужаса, когда он потерял равновесие. Дункан инстинктивно бросился вперед, чтобы удержать Раббана, но не успел. Враг сорвался вниз и полетел в пенящийся белый поток, низвергавшийся с большой высоты.
От досады Гарни громко вскрикнул. Друзья стояли на краю обрыва, глядя, как Раббан беспомощно кувыркается в стремительном потоке. Вот он пролетел в миллиметре от большого камня, а потом его подхватило бурное холодное течение. Защитное поле продолжало мерцать, оберегая его от ударов о камни. Правда, он все же мог утонуть.
– Ну и как мы теперь его достанем? – со злостью произнес Дункан.
– Может быть, там впереди большой водопад, – добавил Гарни. – Во всяком случае, будем надеяться.
Позади них послышались злобные выкрики и лошадиный храп. Дункан заметил поднимавшихся по склону грумманских воинов, вышедших из бокового ущелья.
– Нам надо уходить, – сказал он.
Гарни кивнул.
– Герцог должен знать, что в этом деле замешан и барон Харконнен.
– Лучше бы мы доставили в качестве доказательства голову Раббана, но герцогу будет достаточно и одного нашего слова. – Дункан посмотрел на красную полосу на лезвии меча. – По крайней мере я дал своему клинку попробовать вражеской крови.
– Вытри кровь о рукав. Может быть, удастся сделать анализ.
