Моралез аккуратно посмотрел в другую сторону. На полу лежал Уильям, на диванчике расположился Дарен, спящий, скрестив руки на груди и закинув ногу на ногу. И как так можно? На полу валялись пустые бутылки из-под вина и коньяка. Брион не очень помнил что именно происходило. Возможно, вояки решили, что какое-то жалкое винище — это не для них, и лучше взять чего покрепче. Что же, дабы «накидаться», это был наилучший вариант, тут не поспоришь. Возле этого же дивана лежала Бастет, заботливо укрытая покрывалом. Учитывая тот факт, что ее руки лежали на мягкой поверхности лежбища солдата, можно сделать вывод, что он просто освободил место, «сместив» девушку на пол, однако все же дал ей покрывало и подушку. Как заботливо… Но! Брион вновь перевел взгляд на Астрид. Почему они спали вместе?! За стеной раздавались какие-то тихие стоны. Юноша прищурился, пытаясь понять, откуда все это доносится. Из комнаты египтянки? Нет, с другой стороны. Интересно, кто там? Осмотрев комнату еще раз, парень пришел к выводу, что здесь не хватает троих: Айрис, Романо и Алисы. Прислушавшись к стонам, он так же сообразил, что издает эти развратные звуки лишь одна девушка. Значит ли это, что там кто-то из террористок вместе с итальянцем, или же это просто работники базы, живущие по соседству? В любом случае, это неимоверно смущает. Несколько минут назад голова трещала по швам, так что стоны достигли ушей Бриона лишь сейчас. Пытаясь не думать о происходящем, он вновь повернулся на Астрид. Ее прекрасные сиреневые глаза были широко открыты и смотрели прямо в его, зеленые. От неожиданности юноша чуть не вскрикнул, однако от неминуемой гибели за потревоженный сон Дарена его спасла нежная рука немки, которая закрыла рот перепуганного студента. Девушка шикнула, а затем попыталась сесть на кровати, но эта ее попытка была остановлена очередным стоном из-за стены. Румянец мгновенно покрыл щеки проснувшейся брюнетки. Она скукожилась, а затем потянула Бриона за рукав, призывая его слезть с кровати. Буквально через минуту эти ранние пташки уже стояли в коридоре, краснея. На ногах у каждого были тапочки, причем все разного размера, так как были выбраны первые попавшиеся у входа в комнату. Не удивительно, учитывая, что весь отряд этой ночью был у паренька, а поскольку почти все были все еще там, такой обилие тапок весьма логично. Астрид прислонилась ухом к двери, из-за которой доносились стоны, а затем прикусила нижнюю губу. Было непонятно, то ли она смущается, то ли злится. На двери уютно расположилась лишь одна надпись — «подсобка». Что?! В подсобке?! Брион не знал, как ему реагировать, поэтому на лице юноши одновременно отобразились и удивление, и возмущение, и даже радость, что у кого-то все получилось. Стоп, что? О чем он думает?! Парень неистово замотал головой из стороны в сторону, прогоняя все эти мысли у себя из головы. Астрид наклонилась к замочной скважине, щурясь, чтобы получше разглядеть все происходящее в этом помещении.
— И у кого там с утра пораньше зачесался нефритовый жезл? — тихо произнесла она не без злобы в голосе. Румянец на щеках у девушки становился все отчетливей. В какой-то момент она смогла поймать взглядом «изображение» и, широко открыв глаза, отпрянула от двери. Приложив ладонь к губам, она пробормотала: — Ужас какой, что за бесстыдство?!
— Тебе сколько лет-то? Уж о бесстыдстве ты бы помолчала! — буркнул Брион, вспоминая, как брюнетка ежедневно обнимает его со спины, причем делает это почти всегда неожиданно. Она каждый раз появляется словно из ниоткуда, будто следит. Сиреневые глаза тут же устремили гневный взор на парня, от чего тот аж поежился. Дверь застучала, видимо, процессия переместилась к выходу. Значит, сейчас оттуда кто-то выйдет? Астрид резко схватила юношу за руку и бросилась к соседней двери, в которую и заскочила вместе с ним. В помещении царила абсолютная темнота, лишь монитор компьютера ярко освещал все вокруг. В углу располагалась большая кровать, в стене аквариум, наполненный рыбками. В целом, весь периметр был чем-то заставлен. Конечно, с какой-то стороны это выглядело простым нагромождением, но, если задуматься, тут весьма уютно. Астрид прильнула к стене, отделяющей эту комнату от подсобки, а затем застыла, внимательно вслушиваясь к каждому звуку. Она с каждой секундой кусала свою нижнюю губу все сильнее и сильнее, ровно с такой же силой она и краснела. Казалось, еще немного, и эту девица сойдет с ума. Интересно, все женщины такие, или только немки, или, может, только она? Брион несколько минут просто смотрел на то, как меняется лицо девушки, а затем, поглощенный интересом, и сам решил прислониться к стене, чтобы понять, что так «раздражает» Мейер.
— Всю ночь… А ты еще до сих пор не устал? — послышалось там. Всю ночь?! Бровь Бриона дернулась, слегка поднимаясь наверх. Судя по лиц Астрид, она скоро взорвется.
— Да мы только начали! — этот акцент. Явно не британец. Романо?!
