– Это последствия применения ментального блока, который Вы, молодой человек, разрушили не до конца. Постарайтесь не вспоминать о том, что было вчера и не думать об Ари какое-то время, пока не осыплется скорлупа блока. – Спокойно произнес Михаэль.
– А ты еще кто такой? – Голос Тима задрожал. – Еще один театрал на мамину голову?! И крылья прям так держатся… Не иначе магией прилепил.
Тим знал, как он появился у Дизы. Без подробностей, в общих чертах, но до него дошли сведения о том, как его зачали, и кто мог быть его отцом. Он слышал, когда Мишель рассказывал матери те подробности, что она не знала. Мишель рассказал, что произошло с ней после того, как она окончательно потеряла сознание, и валялась в луже собственной крови и спермы почти всей мужской части коллектива родного театра. Её погрузили в багажник служебной машины, и выбросили в парке не далеко от летней театральной сцены.
Спасло её то, что неотложка возвращалась с ложного вызова, и фельдшер пошёл в кусты отлить. Там он и увидел комок, некогда бывший женщиной. Она была ещё жива. Следы изнасилования были видны невооруженным взглядом. А значит, она могла быть беременна. Инструкции предписывали бороться за жизнь каждого возможного солдата. Поэтому Диза оказалась в больнице, где провела почти месяц до полного выздоровления и подтверждения, что жизни Тима в её утробе ничего не угрожает.
С тех пор, как Тим это узнал, он поклялся сжечь всех, кто тогда был в театре. Всех, кто насиловал его мать или спокойно дрочил за кулисами, глядя на это. До дрожи он ненавидел своего биологического отца. Хорошо, что не знал доподлинно, кто это. Душу Тимура разрывало от невозможности ничего исправить, он представлял, как будет поджигать каждого ублюдка. Он был младше Ари, но его душа не отличалась тем светом, который был в душе у сестры, и его не забрали в приют, как её. Боль прострелила голову, в глазах потемнело, Тим пошатнулся.
Диза подбежала к сыну, обняла его и начала шептать, что-то.
– Постарайтесь не думать о сестре, молодой человек, – напомнил эврилим.
– В общем так, – набрала воздуха в лёгкие и твёрдо начала раздавать инструкции Диза. – Это Михаэль, он из верхнего мира, он предложил план, который поможет спасти Ари. Для этого мне нужно идти на работу. Элька в это время должна сидеть в подвале, чтобы никакие эманации её ауры не колыхали пространство. Второе покушение вальда может не закончится так удачно. Тим идёт в школу и делает вид, что ментальное внушение работает, то есть ведёт себя как обычно, только без Ари. А Михаэль… Я надеюсь, Вам есть где жить? – повернулась к крылатому Диза. Но сразу поняла, что вопрос был риторическим.
– Я немного нелегально в этом мире… Поэтому мне, наверное, тоже место в подвале. Присмотрю за Вашей дочерью, Дизария. – Глаза крылатого не выражали ничего, льдинкой скользили по присутствующим.
– Зачем вы это делаете? – Задала не дающий покоя вопрос Диза, – видно же, что Вам всё равно на то, что будет со мной и моей семьёй.
– Вы правы, эмоции человека для меня не доступны. Но у меня есть миссия, а у Вас есть шанс спасти семью, если судьба мира Вас не интересует, – эврилим, подхватил одеяла, тарелку с бутербродами, бокал с чаем и пошёл в подвал.
Элька тоже пошла за Михаэлем, перед этим, чмокнув маму в щёку, подхватив свою подвальную сумку с самым необходимым, которая была собрана у каждого из семьи давно, на всякий случай.
Диза одела самый элегантный и обтягивающий ровно там, где надо, брючный костюм, попрощалась с Тимом и поехала на работу. Она водила старенькую машину. Флайеры двигались по воздуху и выполняли либо роль такси под управлением специалистов-водителей и с учётом разрешённой высоты полёта, либо принадлежали спецслужбам или очень обеспеченным жителям. Всё упиралось в водителей. Не каждый мог управлять флайером, для этого нужна была хоть крупица магии, которая запускала мотор и позволяла подключаться к сети, где отслеживались высоты, маршруты и техническое состояние аппарата. Большинство обычных людей продолжали пользоваться автомобилями прошлых веков, с которыми было просто обращаться и всяко лучше, чем в метро.
Заглушив двигатель возле здания Управления, Диза посмотрела на себя в зеркало: Ей понравилось то, что она увидела. Никаких следов усталости и слёз. На неё смотрела прекрасная молодая женщина. Ясный взгляд отражал решимость, чёткий овал лица, не тронутый признаками старения, вздёрнутый курносый нос, пухлые губы. За спиной струились блестящие каштановые локоны. Она красавица, и у нее всё получится!
Улыбнувшись себе в зеркало, Диза привела в порядок эмоции, чтобы Мишель не понял, что она что-то задумала. Воспоминания об улыбке и взгляде синих любопытных глаз Ари, моментально всколыхнули всю ту боль и тревогу, которые Дизария старалась задвинуть на задний план, раздавая утром указания детям и думая, как лучше подменить кольцо.
