Оливия подумала о ножевой ране, которую получил Гейб. Порез был довольно глубоким, и понадобилось накладывать швы, но врач скорой сказала, что все могло быть намного хуже. Оливия решила, что Стивену Марчу важнее было скрыться, чем причинить кому-то вред. А может быть, Стивен Марч инвалид? Она написала на чистом листке блокнота напоминание для себя: до того, как завтра Макс и Трент приведут Марча на допрос, надо перечитать показания врачей.
– Эй, Ливви, ты меня слушаешь? – спросил Нилл. – Или решаешь головоломку?
– Ты же меня знаешь. – Она не отказалась от мысли о том, что убийство Кобера связано с убийством Даниэллы Риз. Гейб нисколько не сомневается в том, что две смерти связаны между собой; ему удалось заразить ее своей уверенностью. – А что насчет того, другого, что я просила тебя проверить?
– Ты была права. Я действительно нашел в желудке жертвы комочек мятой серой бумаги. Я не обнаружил повреждений рта и гортани, так что, по моим предположениям, он проглотил бумагу добровольно.
– Тебе не удалось ничего разобрать?
– Только фамилию и букву. Буква «Э» и фамилия Цейс. – Оливия переписала фамилию, которую Нилл произнес для нее по буквам. – Они были на двух отдельных полосках бумаги, разорванных, но совпадающих, так что, наверное, там было еще что-то, но мне больше ничего не удалось восстановить. – Нилл зевнул, похоже, его рабочий день выдался таким же трудным, как у нее. – Хватит этого, чтобы ты была занята всю ночь?
– Спасибо, доктор Уотсон! – поддразнила она.
– Всегда пожалуйста, Шерлок. Тебе сегодня получше?
– Конечно, я же поговорила с любимым братом.
Нилл рассмеялся:
– Ты ведь каждому из нас так говоришь!
Она подхватила его смех:
– Ну да.
– Люблю тебя, малышка.
– И я тебя.
Оливия нажала отбой и увидела пропущенный вызов и сообщение от Гейба. И, хотя ей хотелось услышать его низкий сексуальный голос, она решила вначале просмотреть косвенные улики и отчеты экспертов.
Она вернулась к фотокопиям ежедневника Рона Кобера за то утро, когда он умер. Он отменил две встречи и совещание с персоналом. Кроме того, он дал Мисти, своей помощнице, отгул на всю первую половину дня. Он отменил все встречи, кроме одной, на девять часов. Запись была сделана карандашом поверх других.
– Цейс, – вслух произнесла Оливия и включила еще одну настольную лампу.
В телефонном справочнике Канзас-Сити нашлось всего два абонента с фамилией Цейс, но ни у одного имя не начиналось с буквы «Э». Чтобы ускорить поиск, Оливия взяла телефон и вбила фамилию в поисковую строку.
– «Цейс секьюрити». – Любопытно! Зарегистрированный в Канзас-Сити сайт «Цейс секьюрити» предлагал личную охрану и услуги частных детективов. «Пустой отдельный кабинет, где вам никто не помешает». Но в здании Кобера уже имелась охрана!
Рон Кобер нанял частного детектива. Но за кем он следил? Возможно, то, что он узнал на девятичасовой встрече, и стало причиной его смерти. Оливия переписала все контактные данные компании.
Оливия почувствовала приятное волнение, как всегда, когда дело сдвигалось с мертвой точки. Она включила автоответчик и, прибирая на столе, выслушала сообщение Гейба. Радостное возбуждение сразу прошло.
Лиланд Эшер?
«Будь осторожна, любимая… Лив».
– Сам будь осторожен, – предупредила она молчащий телефон. Интересно, почему ей стало жарко – от его предупреждения или от нечаянно вырвавшегося слова «любимая»?
Оливия схватила телефон. Она собиралась перезвонить Гейбу и сказать, что убийце, который шесть лет гулял на свободе, сейчас очень не по себе и, если Эшер в самом деле что-то задумал, именно человек, который обвинял его в убийстве целых шесть лет, должен бояться мести…
Оливия набрала номер Гейба, радуясь его заботе и вместе с тем боясь, что он, предупреждая ее, не думает о собственной безопасности.
– Если не ответишь на звонок, Гейб Найт, я тебя…
Стук в стекло заставил ее прерваться. Оливия обернулась к окну рядом с диваном, затаив дыхание, и увидела размытую тень за шторами. Возможно, она бы и приняла тень за уличный фонарь, который светит сквозь качающийся на ветру клен в палисаднике.
Но фонарь и дерево остались на месте, а тень исчезла. Волосы у нее на затылке встали дыбом. Кто-то только что стоял у нее под окном! Может быть, именно об этой угрозе так загадочно предупреждал ее Гейб? Неужели думает, что Лиланд Эшер явится по ее душу?
Оливия тут же выключила свет. Телефон положила в нагрудный карман рубашки, взяла ключи и в темноте пробралась в спальню, где в кладовке стоял сейф, в котором она хранила оружие и боеприпасы.
Вооружившись, она сняла «глок» с предохранителя и на цыпочках, вглядываясь во все окна в поисках любопытных глаз, пошла к выходу. Она жила в отремонтированном одноэтажном доме постройки пятидесятых годов прошлого века. Наконец она снова очутилась в гостиной. Отогнув край шторы, увидела, что за окном никого нет.
– Ну ладно, приятель, – прошептала она, возвращаясь к входной двери, – сейчас ты поймешь, что решил подглядывать не за той дамочкой!
