Длинные тени полностью

Роу была одета по-домашнему, в джинсы и свитер с лодочными туфлями без носков. Волосы ее были собраны и заколоты, а на носу красовались очки без оправы.

– Спасибо, что согласились встретиться с нами почти без предупреждения и так поздно, – начал Декер.

– Нет проблем. Сплю я не так уж много. Я слышала об аресте бывшего мужа судьи. Думаете, обвинение удержится?

– Его пистолет был орудием убийства Лансер и Дреймонта, – сообщила Уайт.

– А вы что думаете? – Роу поглядела на Декера.

– У него был мотив, средства, а может, и возможность.

– Но?..

Амос бросил взгляд на Уайт.

– В моих словах не всегда скрыто «но».

– Не сомневаюсь. Но зачем вы здесь, если считаете, что уже взяли убийцу?

– Может, обсудить дело вашего отца?

– Но вы сказали, что займетесь им, только если будете считать, что оно связано с этими убийствами.

– Может, и считаю.

– Значит, «но» есть, – заметила Уайт.

Декер подался вперед.

– Что вы можете сказать нам о том, как ваш отец финансировал свою фирму?

– Что вы хотите знать?

– Практически всё. Он поступил в Службу сразу после колледжа. Оттрубил шестнадцать лет. Продержись он двадцать пять, уволился бы с полной выслугой лет. А уйти и затеять свое дело было большой жертвой. Он мог бы отслужить полный срок, заручиться пенсией, а уж потом затевать собственную компанию. Большинство народу поступают именно так.

– Но не мой отец.

– Он когда-нибудь рассказывал, почему покинул Службу?

– Вообще-то нет. Но я уволилась всего через пять лет.

– Отдать делу пять лет жизни или шестнадцать – разница огромная, – заметил Декер.

– А «Гамма» была уже сложившейся и успешной, – подхватила Уайт и оглядела шикарное жилище. – Вам было куда уйти. Вы были вскормлены, чтобы возглавить империю.

– По-моему, нет ничего зазорного в том, что мой отец был прирожденным предпринимателем. Большинство иммигрантов создают бизнесы.

– Да, создают. Но многие из них берутся за это сразу же. Так что я не уверен, что он был таким уж прирожденным предпринимателем.

– Что именно вы подразумеваете? – ощетинилась Роу.

– Я не подразумеваю ничего, – отозвался Декер. – Просто пытаюсь полностью понять мотивы вашего отца.

– Тогда я не знаю, что вам сказать.

– Поддерживал ли он связь с кем-нибудь из тех, с кем вместе служил?

Откинувшись на спинку кресла, она задумалась.

– Был один агент, с которым он крепко дружил. С ходу имени не вспомню, но могу посмотреть.

– А можете прямо сейчас?

– Вы очень нетерпеливы.

– Предпочитаю называть это «хорошо мотивирован на выполнение своей работы».

– Позвольте взять свой телефон; наверное, он где-то там.

Встав, Роу покинула их.

– Ладно. – Уайт повернулась к Декеру: – И к чему ты все это ведешь?

– У нас есть одна надежная зацепка, Фредди, – вполголоса произнес Амос. – Словацкие деньги во рту у двух покойников. Это не вяжется ни с Барри Дэвидсоном, ни с Деннисом Лэнгли. Но может быть связано с Канаком Роу и службой защиты «Гамма». А двое покойников работали на Роу. Так что если эти деньги не оставили в силу какого-то колоссального совпадения – что не лезет ни в какие ворота, – это символ, а каждый символ имеет значение.

– Значит, что все они – Лансер, и Дреймонт, да и, полагаю, Пэтти Келли тоже – умерли из-за Канака Роу и того, что он сделал, когда еще был в Секретной службе бог знает сколько лет назад? Для меня это не лезет ни в какие ворота. И к чему столько ждать, прежде чем перейти к действию?

– Потому-то мы и должны это выяснить. А может, они перешли к действию еще три года назад…

– Ты имеешь в виду, когда исчез Канак?

В этот момент вернулась Роу, глядя на экран телефона.

– Итак, его зовут Артур Дайкс. Они с моим папой долго были закадычными друзьями. Не один год бок о бок тянули лямку в рядах Секретной службы. Он наверняка сможет поведать вам такое, чего я могу и не знать.

– Можете предупредить его, что мы с ним свяжемся?

– Да. Но не могу поверить, что это имеет хоть какое-то отношение к прошлому отца.

– Потому-то мы и проверяем. Чтобы либо исключить это, либо нет.

– У вашего отца были враги? – спросила Уайт.

Роу уставилась на нее в упор.

– В этой жизни враги есть у каждого.

Они переночевали в Майами, а утром позвонили Артуру Дайксу, давно ушедшему в отставку и жившему в Пунта-Горда к северу от Форт-Майерса. Договорившись с ним о встрече, покинули Майами и поехали прямиком на встречу с агентом-отставником.

Жил Дайкс («Где ж еще?» – подумал Декер) в общине гольфистов. Поднявшись на лифте в его кондо, они встретили сердечный прием.

Хотя Дайксу было уже под восемьдесят, он при своем среднем росте поддерживал подтянутую, спортивную фигуру и щеголял копной седых волос. В доме его не было ни безделушек, ни беспорядка, порой присущих жилищам пожилых. Приглашая их войти, Дайкс сообщил, что он вдовец, а четверо его детей разлетелись по всей стране.

Когда они расселись в лоджии за чаем со льдом, Дайкс поведал о годах, проведенных с Канаком Роу в Секретной службе.

– Канак был мотивирован, собран, хотел сделать карьеру, – сообщил он.

– Но не сделал, – отметил Декер. – Ушел за девять лет до полной выслуги. Вам известно, что заставило его передумать?