– Я попросил государя, – вмешался в разговор боярин Мирко, – чтобы он отпустил нас без долгого ожидания! И, прежде всего, уговорил важного вельможу Субуди. Именно он оказал мне в этом серьезную помощь! К тому же, молодой государь сейчас занят подготовкой к суду над Михаилом Тверским! Но самого Михаила пока еще нет в Орде…Царь очень рассержен! Ему сейчас не до нас! Поэтому он удовлетворил мою просьбу, сдобренную щедрыми подарками и поддержкой самого Субуди! Значит, нечего нам говорить лишних слов, а нужно срочно собираться, батюшка князь, и уезжать домой. Нечего испытывать судьбу, пока царь не изменил своего решения!
Михаил Ярославович, великий владимиро-суздальский и тверской князь, ехал в Орду, как на смерть. Август 1318 года, несмотря на приближение осени, был теплым, а чем дальше следовал караван князя Михаила на юг, тем жарче становилось. Приближаясь к устью Дона, князь и его верные бояре переоделись в легкую одежду. Лишь полсотни дружинников, скакавших за своим князем, не снимали своих боевых доспехов до самой встречи с Ордой, кочевавшей на обширном пространстве между великими реками.
Путь князя Михаила был спокойным: ни единого путника, ни единого врага или разбойника не встретилось по дороге.
Шли вперед без остановки, днем – верхом, а ночью князь и бояре пересаживались в телеги, где спали под открытым небом. К счастью, дождей не было. Воины же попеременно ехали верхом, освещая путь большими дорожными факелами. Одни из них отдыхали в телеге, чтобы сменить своих уставших товарищей.
Князь Михаил спешил: по слухам, пришедшим из Орды, он узнал об обвинениях, выдвинутых против него московским князем Юрием перед ханом Узбеком, большинство из которых были просто ложью и клеветой. Но главная беда князя заключалась в смерти жены князя Юрия Кончаки-Агафьи у него в плену. – Этот злобный Юрий сумеет воспользоваться таким несчастьем! – думал Михаил Ярославович. – Думаю, что мне не спастись!
Но особенно ударил по гордости князя распущенный его врагами слух, что-де «Михаил не поедет в Орду и с позором убежит в Литву или к немцам»!
– Я не допущу такого позора! – решил великий князь. – Мой сын у татар, а я побегу в Литву? Чтобы погубить свое дитя?! Поеду к царю с богатыми подарками, золотом и серебром, и попробую упросить его…А если Господь не смилостивится и царь не поверит мне, путь тогда моя голова падет на сырую землю, но мой сын будет жив! – И князь отправился в свой последний путь в Орду.
Когда он добрался до своего стольного города Владимира, там его ожидал татарский посланец Ахмыл. – Великий хан ждет тебя, Мыхаыл, – сказал он. – И поспеши к сроку – тебе дан всего месяц! А если вовремя не придешь, тебя и твой улус ждет жестокое разорение! Коназ Юрке и славный Кавгадый говорили великому хану, что ты боишься государева гнева и не прибудешь в Орду!
Тверские бояре были категорически против поездки своего князя. – Ты идешь на верную смерть, – говорили они укоризненно своему князю. – Лучше пошли туда сына Александра. Там уже твой сын Константин…Вот они вместе с Александром сумеют упросить государя! Царь Узбек сам молод и легче поймет своих сверстников!
Но Михаил не послушался их и отправился дальше, оставив своим сыновьям грамоту, в которой разделил тверскую землю на уделы, дав вотчину каждому из них.
Так, в путевых тяготах и горестных размышлениях, следовал великий князь Михаил навстречу своей судьбе.
Наконец, 6 сентября, едва забрезжил рассвет, князя и его бояр разбудили сторожевые воины. – Мы видим татар, наш господин! – крикнул старший дружинник князю. – Но войско небольшое!
Князь быстро вскочил и набросил на себя протянутую слугой железную кольчугу, натянул шлем и, выпрыгнув из телеги, поспешно сел на коня, подогнанного слугами. Бояре поступили также, и навстречу приближавшимся степным всадникам двинулся небольшой, но хорошо вооруженный отряд.
Сторожевой татарский разъезд надвигался подобно грозовой туче. За сотню шагов до сближения с русскими татары разделились: одни из них остались в стороне, наблюдая за встречей, другие же продолжали следовать вперед.
– Кто вы такие?! – громко крикнул передовой татарин с длинной седой бородой, на редкость густой и ухоженной. – Зачем идете в нашу Золотую Орду? – И около двух десятков татар остановились, преградив путь княжескому каравану.
– Это я – великий суздальский и тверской князь Михаил! – прокричал в ответ своим зычным голосом русский князь. – Еду со своими людьми на царский суд!
– А, Мыхаыл! – весело сказал красивый пожилой татарин. – Тогда – айда! Наш государь здесь со всеми своими людьми! Можешь ехать дальше! Твой путь чист! – И татары по мановению руки своего военачальника стремительно поскакали вперед, почти мгновенно исчезнув из вида.
– Как птицы! – только и успел сказать князь Михаил.
