Рул Дьюар, отчаянно нуждавшийся в деньгах, поступил, как и подобает английскому аристократу, — женился на дочери американского миллионера Вайолет Гриффин, подарил ей свой титул и на долгие годы забыл о существовании наивной юной провинциалки из Нового Света.Однако внезапно Вайолет нагрянула в Лондон — и теперь эту элегантную, изысканную красавицу трудно назвать провинциальной или наивной. Рул, осознавший, что постыдно влюбился в собственную жену, уже пребывает в сладостных мечтах о грядущем семейном счастье и наслаждениях брачного ложа, но не тут-то было…
Говорят, добро приходит к тем, кто умеет ждать, но Рул Дьюар не был в этом так уж уверен. Он стоял в длинном мраморном холле роскошных апартаментов своего работодателя в поместье Гриффин-Хайтс, недалеко от Бостона, и с волнением ждал, пока дворецкий с каменным лицом не откроет ему дверь кабинета.
С трудом сдерживаясь, чтобы не проверить, хорошо ли завязан узел галстука и приглажены ли волосы, он подтянулся, ибо из-за заветной двери раздались приглушенные звуки шагов. Дверь распахнулась, и мужчина в кабинете улыбнулся: судя по всему, он ждал посетителя.
— Рул, мой мальчик, входи же! Благодарю тебя, что ты примчался!
Говард Гриффин, глава «Заводов Гриффина», где производилось высококачественное вооружение, приветствовал его, стоя на пороге кабинета — обширной, уставленной книжными полками комнаты, которая занимала значительную часть западного крыла его особняка.
Рул прошел за хозяином в комнату.
— Ну что вы, никаких проблем. Я как раз просматривал чертежи, на которые вы просили меня взглянуть, и вносил требуемые изменения в проект.
Гриффин в свои сорок с небольшим был крепко сбит, почти так же высок, как и Рул, с волосами ржаво-каштанового цвета. Он подошел к полированному шкафу красного дерева и распахнул дверцы. Там на полках спрятанного от посторонних глаз мини-бара стояли бутылки и хрустальные бокалы на блестящих серебряных подносах.
— Так что ты скажешь о новых чертежах? — спросил Гриффин, доставая два стакана и ставя их на столешницу.
— Полностью согласен с вашими рекомендациями. Я полагаю, в скором времени на смену гладкоствольному ружью придет винтовка с нарезным стволом. А отсюда следует, что нам надо принимать в расчет этот фактор и учитывать его при производстве огнестрельного оружия обоих классов.
Гриффин улыбнулся, он остался доволен услышанным. Хотя у Рула сложилось впечатление, что его вызвали сюда вовсе не для того, чтобы обсуждать детали бизнеса.
— Виски не желаешь? — Гриффин взял бутылку с напитком золотисто-коричневого оттенка. — Или ты предпочитаешь что-то другое?
Рулу больше по вкусу было бренди, напиток менее крепкий, но американцы, похоже, любили погорячее, так что он уже привык.
— Виски в самый раз.
Гриффин наполнил два стакана и один передал Рулу. Тот сделал глоток, и обжигающий горло напиток немного снял напряжение. Впрочем, полегчало ему ненамного. Не удержавшись, он пригладил ладонью черные кудри, поправляя выбившиеся пряди. Не каждый день босс, владелец преуспевающей компании, приглашает вас к себе домой.
Гриффин не предложил ему присесть, вместо этого он подвел Рула к окну, из которого открывался вид на сад. Весна в этом году выдалась ранняя, и нежная зелень уже вовсю пробивалась из земли. Извилистые дорожки, выложенные кирпичом, сохранялись в идеальной чистоте.
Гриффин взболтал виски в стакане.
— За то время, что ты работал у меня, ты прекрасно потрудился, Рул. Я поступил мудро, когда нанял тебя на работу.
— Спасибо, сэр.
Несмотря на двадцать четыре года, на Рула была возложена немалая ответственность. По большей части причиной тому было его оксфордское образование, но и родословная сыграла свою роль.
Рул был не дурак. Принадлежность к классу британской аристократии открывала двери в высшее общество по обе стороны океана. А уж тот факт, что он приходился братом герцогу, и вовсе творил чудеса. Рул давно был готов воспользоваться любой возможностью, чтобы продвинуться вверх по карьерной лестнице.
Гриффин повернулся к окну и задумался. Там, внизу, вода, низвергавшаяся из пасти мраморного фонтана, переливалась в лучах солнца всеми цветами радуги. Гриффин, как правило, человек активный и целеустремленный, сейчас выражал собой полную противоположность своей обычной натуре.
— Полагаю, ты знаком с моей дочерью, Вайолет.
— Да сэр, я видел ее несколько раз. Милая девушка.
— Она, по правде сказать, еще слишком молода, ей только шестнадцать, да и по характеру сорвиголова. Впрочем, в том моя вина. У меня нет сына, вот я и баловал ее.
Рул проследил за взглядом Гриффина и заметил огромный платан справа от фонтана. С одной из веток свисали качели, на которых сидела Вайолет Гриффин. Она раскачивалась все выше и выше, заливаясь радостным смехом. Ее многочисленные юбки, взвиваясь ввысь, открывали лодыжки, прикрытые чулочками. У нее было лицо в форме сердечка, мальчишеская фигура и волосы цвета новенького медного пенни.
— Как я сказал, она еще слишком молода, но уже так похожа на мать — упокой Господь ее душу! — и, думаю, не за горами тот день, когда она станет настоящей красавицей.
— Уверен, что так оно и будет, сэр. — Рул сделал глоток виски. Он понятия не имел, как будет выглядеть юная леди, когда вырастет, и гадал, к чему этот разговор.
Гриффин повернулся от окна. Его взгляд сфокусировался на лице Рула.
— К сожалению, меня не будет рядом, чтобы лицезреть это чудесное превращение.
Рул вскинул голову.
— Сэр?
