— А теперь, чтобы наше удаленное руководство не сочло меня лентяйкой и лежебокой, я приступлю к своим обязанностям, как только отведаю этих прелестей — Линда присела к столу в нерешительности направления первого удара столовыми приборами по деликатесным формам, доставленным из ресторана.
— Закрою глаза, сосчитаю до десяти, и, провидение придет мне на помощь — с последним счетом Линда не открывая глаз, скрестила нож и вилку в попавшемся на их пути блюде.
— Наша служба так опасна, так трудна — без еды, без вкусной, нам ее не вынести тогда — отложив использованную салфетку, Линда пересела со стула у стола в удобное кресло.
— Что день грядущий мне готовит — Линда закурила сигарету, сопротивляясь разливающейся по телу сытой лени, пытаясь построить дневной график тайной борьбы с окружающим ее сейчас государственным режимом.
— Сдаюсь на милость победителя — Линда в очердной раз зевнула в попытке построить ясную линию мысли, но успела только вовремя поторопиться затушить сигарету, перед тем как подавленная обильным завтраком ее умственная активность не сменилась безмятежностью спокойствия сонного уюта в мягком кресле.
— Солдат спит — служба идет — встрепенулась Линда, разбуженная неудобством позы, принятой с течением времени в подушках кресла ее безвольным в объятиях сна телом.
— Слава богу, служба идет — не торопится — с удовольствием подумала Линда, посмотрев на часовой циферблат.
— Солнышко, солнышко, выгляни в окошко и чем — то его в окошко пытаются заманить — попыталась вспомнить Линда стихосложение авторов страны самого счастливого детства на свете, щурясь в солнечных лучах заполнивших ярким светом оконный проем.
— Не знаю, чей это эпос, но как говорится в народе — погода шепчет — Линда потянулась в кресле.
— Я могла бы встать и выйти из ворот, но не сейчас — сейчас лень мне не дает — Линда вновь потянулась в кресле, вяло пытаясь перевести в подъем на ноги свое движение, но потерпела неудачу.
— Дайте только срок — выполню задание и брошусь наутек — с оптимистическим воззрением на свои перспективы успешной деятельности выспавшаяся Линда готовилась провести в тайных, от здешней контрразведки, усилиях день сегодняшний из неизвестного количества предстоящих.
— Время, как и солнышко, ничем его не заманишь, чтобы остановилось, никуда не спеша — Линда в очередной раз взглянула на наручный циферблат в надежде хотя бы еще на некоторые минуты беззаботного удобства кресла в номере.
— Теперь уже труба настоятельно требует личный состав выступить вперед на защиту рубежей — на этот раз Линда настойчивее отнеслась к необходимости вылезти из мягкой глубины кресла для включения себя в жесткое противостояние политических интересов в выполняемом задании ее разведцентра.
— Карета подана — Линда села в автомобиль такси, отсеяв несколько предыдущих согласно правилам конспирации на городском транспорте.
— В какую сторону света? — улыбнулся ей водитель в салонное зеркало над ветровым стеклом.
— «ГУМ» — определилась Линда среди московских достопримечательностей.
— Удобное время выбрали для поездки — водитель выруливал виражи и траектории как среди уже знакомых Линде московских районах итак и увиденных ей впервые.
— Какое же тогда неудачное? — поинтересовалась Линда городскими традициями.
— Час пик — конец рабочего дня — водитель разогнал автомобиль по прямой, свободной от попутного транспорта полосе автомагистрали.
— Мне повезло, что местные труженики сорвутся с ударной вахты кто — куда ближе к вечеру — Линду в очередной раз прижало разгонным ускорением автомобиля к упругим подушкам заднего сидения салона.
— Приехали — водитель втиснулся как можно глубже в зону разрешения остановки, высаживая Линду.
— Трудовых успехов. Сдачи не надо — попрощалась Линда с водителем.
— Я могу и здесь подождать, если желаете ехать дальше — предложил водитель, взглянув на номинал валютной купюры.
— Езжайте, а то заткнут вас пробкой в час пик — отпустила Линда заботливого водителя на дальнейшие заработки.
— Вот какой мавзолей здешней столичной торговли — Линда осматривала здание неизменного символа благосостояния народных масс со всех концов транспортных магистралей из столицы до уголков возглавляемой ей страны.
— Оставить слежку с носом — очередную конспиративную процедуру Линда начла выполнять во внутреннем пространстве этого символа товарного благополучия граждан государства.
— К сожалению, здесь уже, наверное, часа пик не бывает. Вон сколько лежит всякой колбасы без талонов и клятв в верности партии и правительству — посетовала Линда на отсутствие шевелящейся плотной массы из страждущих массовых пищевых изделий, в которой можно было бы без труда уйти из — под любого носа направленной на охоту за ней слежки.
— Волка ноги кормят — вспомнила Линда истину, расползшуюся по всему свету из неизвестного источника сказаний, незаметно осматриваясь вокруг, делая вид разглядывания в самозабвении восхищения окружающие витрины.
