Вчера утром
я был у Юдина.
Он — помощник
Стецкого. Чистота
в ЦК изумительная,
все сверкает,
все чинно и
истово. Тишина.
В идиллическом
кабинетичке
сидит «Поша»
Юдин — и хлопочет
по всем санаториям
о том, чтобы
Мариэтте Шагинян
дали путевку
в санаторию
ЦК. Меня принял
приветливо,
запретил пускать
кого-нибудь
к себе в кабинет
— и слушал очень
сочувственно:
я показал ему
свои детские
книги, как гнусно
и неряшливо
они издаются,
указал на
недопустимость
задержки книги
«Хуже собаки»,
Кольцов почему-то советует, чтобы я не видался с Пильняком.
1/IV. Странная у Пильняка репутация. Живет он очень богато, имеет две машины, мажордома, денег тратит уйму, а откуда эти деньги, неизвестно, т. к. сочинения его не издаются. <...>
26/IV. Я уехал из дому — в Петергофскую гостиницу «Интернационал». Здесь оказались: Тынянов, Тихонов, Слонимский — вся литературная «верхушка». Тынянов расцеловался со мной, и я, встретив его, тотчас же спросил:
— Ну, сколько Пушкину теперь?
Он виновато ответил:
— Одиннадцать.
Тынянов сейчас пишет «Пушкина», и когда мы виделись последний раз, Пушкину в его романе было семь лет. Тынянов весь заряжен электричеством, острит, сочиняет шуточные стихи, показывает разных людей (новость: поэт Прокофьев). Мы обедали все вчетвером: он очень забавно рассказывал, как он студентом перед самым нашествием белых на Псков бежал в Питер, т. к. ненавидел белогвардейцев. Его не пустили, он пошел в Реввоенсовет. Там сидел Фабрициус и сказал Тынянову:
— Шляетесь вы тут! Тоже... бежит от белых... Да вы сами белый!
— Как вы смеете меня оскорблять! — закричал Тынянов, придя в бешенство, и Фабрициусу это понравилось. Фабрициус выдал ему пропуск на троих. Это было рассказано высоко-художественно, в рассказ было введено 5—6 побочных действующих лиц, каждое лицо показано, как на сцене... Так же артистически рассказал Тынянов, как директор Межрабпома вызвал его к себе в гостиницу для переговоров о пушкинском фильме — и при этом были показаны все действующие лица вплоть до шофера и маленького сына директора.
Много разговоров вызвал у Тихонова, Слонимского и Тынянова эпизод с Житковым.
