Поехал в Строгино на велосипеде. В Троице-Лыково цветет сирень, воздух пахнет мылом. Вместе с женой Дениса гуляли с Аней, потом мы ее покормили и уложили спать. Ужинали вдвоем. Денис был на работе. Жена сказала мне, что Денис мнимый (она имела в виду мнительный) и скупой, не любит покупать себе одежду, все из-за того, что у него рано умер отец, и им с матерью и сестрой приходилось все время экономить. Сама она замужем уже во второй раз, в первый раз вышла замуж назло Денису, им с первым мужем подарили на свадьбу квартиру, но она скоро поняла, что ошиблась, и ушла от первого мужа, взяв с собой только
Граф Людвиг попал в плен к туркам, его отправили работать в поле, а мимо проходила султанская дочь. Ее пленили благородные манеры Людвига, она сразу же поняла, что он высокого происхождения, и спросила, кто он, а он ответил ей, что граф. Слова Людвига воспламенили магометанку, как искра воспламеняет сухой хворост, она заплакала и вытерла пот со лба графа. Султанская дочь сказала, что если граф хочет избавиться от плена, он должен поклясться ее отцу-султану, что возьмет ее в жены, хотя ее и ужасали христианские обычаи. После этого граф написал своей жене в Эрфурт, что скоро вернется домой с невестой, и отправился с магометанкой на родину. Жена радовалась возвращению мужа, граф женился на магометанке, при этом не разводился с женой, Папа Римский разрешил им жить втроем без покаяния, и жена графа освободила место магометанке на брачном ложе и в своем сердце. Любовь и согласие осеняли их жизнь, а когда они умерли, то их прах смешался под могильным камнем, что доказывает, каким благородным был пламень их любви. Многое понравилось в России Паулю Флемингу. Большое впечатление на него произвели красота и богатство златоглавой Москвы. Покидая Великий Город, он желает ему «всего хорошего». Он советует не верить тем, которые презрительно называют Москву «варварской». И радуясь тому, что он находится в стране, вкушающей все блага жизни…
Гуляли с О…, и она упала на ровном месте и разбила коленки. Мы зашли в аптеку, купили зеленку, перекись водорода, попросили стул. О… сидела, обрабатывала рану, по коленкам текла кровь, я держал пузырьки с зеленкой и перекисью; к нам вышел главный фармацевт и сказал: Идите отсюда, у нас в помещении первую помощь оказывать запрещено, вы нам сейчас весь магазин кровью перепачкаете.
В школе у моего дома новый учитель физкультуры. Молодой и симпатичный. Смотрел сегодня на него из окна. Все ждал, когда он снимет футболку и будет бегать со своими школьниками, но он ничего не снял. Наверное, учителям физкультуры нельзя ходить без футболок, чтобы не соблазнять школьниц.
Поехал от «Войковской» до Строгино на трамвае. Пробки, пробки. В начале улицы Царева грузовик заехал на трамвайные пути и застрял. Одна старушка причитала в трамвае: эти перекрыли дорогу тем, те не пускают этих, мы из-за них не можем проехать, а я забыла с утра газету, хотела вроде бы взять и не положила! — Рядом женщина, рассматривает машины в пробке и говорит: черные, черные, черножопые, хорошо вам, жара, солнце палит, все как у вас на родине!
В автобусах едут на пляж светловолосые мальчики в шортах, с наушниками в ушах, прислоняют к стеклам красиво подстриженные головы.
Из-за рублевского пляжа ехал сегодня в Строгино почти три часа. Голые тела, машины, пыль. В маршрутке пьяный мужик, толстый, кудрявый, в очках возмущался, что мы долго стоим и ждем, пока маршрутка набьется пассажирами, назвал водителя абхазской хуетой. Водитель обиделся и позвал милиционера. Подошел милиционер в пыльных ботинках, с потным лбом, грязными руками, грязь под ногтями, сказал пьяному: Не мешайте водителю работать, — и ушел.
Ехал на велосипеде от родителей домой через Троице-Лыково и думал о том, выходит ли живущий тут Александр Исаевич Солженицын хотя бы изредка к народу, просто так, погулять по деревне, и, если выходит, нравится ли ему то, что он там видит? По лесу гуляли красивые солдаты с холеными овчарками, высунувшими от жары алые языки.
Школьники выходили после экзамена — и сразу же снимали с себя белые рубашки.
На некоторых домах в Крылатском — огромные белые шары. Один знакомый объяснил мне, что эти шары ловят радиоволны и собирают информацию о каждом жителе района.
В метро видел мужчину в шлепанцах и коротких оранжевых шортах и белой футболке, у него были красивые длинные ноги со светлыми волосами, блестевшими на солнце на перегоне от «Кунцевской» до «Филевского парка», и ухоженные ступни. Он ехал с женой. Пока я смотрел на него, рядом со мной встал пожилой мужчина, он тяжело дышал и сказал мне, что ему плохо, я должен уступить ему место. Он говорил так тихо, что я думал, что он разговаривает сам с собой. У мужчины была расстегнута ширинка. Я уступил ему место и сказал: у вас расстегнута ширинка. Он стал извиняться.
