Вечером прочел в «Российском колоколе», во-первых, собственный отрывок из дневника. Все говорят, что это интересно, и мне, как ни странно, это тоже интересно. Период действительно занятный — защита диссертации и статья в «Компромате». Потом прочел очень любопытный материал о встрече Татьяны Толстой в Германии с эмигрантами. Молодцы ребята, они ей спуску не давали, не чинились перед знаменитой писательницей. Здесь особо расстарался ловкий едкий Сережа Дебрер. Когда читаешь подобные материалы, начинаешь ценить профессию журналиста.

«Вопрос из зала:

— Нет ли вины руссийской творческой интеллигенции, к которой как к совести всегда прислушивался читатель, в том, что около 30 процентов населения голосуют за коммунистов?

— Ваш вопрос как бы наивный, — снисходительно усмехнулась героиня вечера, удобней умещиваясь в тесноватом ей кресле. — А как вы себе представляете: что должна делать интеллигенция? — И, видимо, запамятовав, что ее только что представляли, как особу голубых кровей, перешла на язык, более, вероятно, доступный аудитории.

— Интеллигенция ломанулась туда, где кормят. И виноваты в том те, у кого есть деньги, они ими расшвыриваются направо-налево, не позаботившись о том, чтобы проплатить творческой интеллигенции за поддержку реформ. Ей заплатишь — она и будет двигать либеральные идеи. Виноваты те, у кого денег много, а им жаль, дуракам!» К Кудрину это относится или к самому В.В.Путину?

10 сентября, воскресенье. Опять налетела какая-то лихоманка. Я это почувствовал утром, когда проснулся только в одиннадцатом часу — долгий сон для меня верный показатель начала заболевания. Но терафлю, которое мне обычно в самом начале помогает, не было, выбрался в аптеку только в двенадцать часов. Жив в ломоте, в ознобе, в чиханье. Только вчера все было хорошо, я даже удивлялся, что чувствую себя бодро, в уме бродили какие-то планы. Но это особенность нашей профессии, по крайней мере, моего сознания: ничего невозможно делать, кроме как читать, смотреть телевизор и разговаривать по телефону. Правда у меня иногда бывает и так, что к вечеру я расхаживаюсь и принимаюсь за что-то. А это «что-то» для меня — продолжать роман, который остановился по совершенно неизвестной мне причине. Но пока такого прилива сил у меня нет. А вдруг? Вечером, около девяти, во время «ЧП за неделю» по ТВ, вдруг раздался звонок от Саши Неверова. «ЧП» — это самая для меня интересная передача, факты как таковые. Здесь все: социология, национальные проблемы, общественное мнение, генетический тип народа, его быт, психология, желания. Совсем не даром так любил Достоевский читать судебную хронику.

Видел сегодня еще две передачи: катающиеся на коньках «звезды» и реклама нового ток-шоу, которое будет вести Татьян Догилева. Первая передача — знаменитые фигуристы в паре с молодыми звездами тусовок. Между пародией и светской жизнью. В жюри среди совершенно неизвестных мне лиц — бывший балетный премьер — Цискаридзе. Совсем недавно его видел, он танцует уже не так, как раньше, той удивительной выразительности, которая всегда есть у Плисецкой, и которой достаточно, чтобы при продолжении артистической деятельности, над тобой не смелялись, достаточно только кружить руками, — увы, этого у председателя жюри уже нет. С Догилевой, судя по рекламе, тоже привычная наша тусовка. Я разглядел даже неувядаемого Якубовича. Одни ведут передачи, другие в них, передачах, — статисты или гости, потом все меняются местами. В общем, вдруг подумал, что недаром актеров не хоронили в освященной земле, что-то в их природе есть лживое. А ведь только вчера, вернувшись из института, вдруг вперился в фильм-спектакль 1952 года «Лес». Это постановка бывшего Ленинградского БДТ. Какой Меркурьев, какой Борисов, какой Толубеев, какова Тимме в роли Гурмыжской! Разве и их нельзя хоронить в освященной земле?

Так вот, о чем звонил Саша Неверов. Начался разговор с того, что надо бы написать страничку в Литгазету о времени Л.И. Брежнева — какой-то юбилей бывшего генсека. Я обещал, а потом в разговоре вышли на так называемых диссидентов. Многих я знаю, но ко всем и к этой проблеме отношусь своеобразно. Не люблю профессиональных борцов за лучшую долю для народа и себя.

11 сентября, понедельник. Внуково. Делать нечего: чтобы не горевать, приходится работать. Утром позвонил Вл. Ефимович. Как ни в чем не бывало спрашивает: «А во сколько, Сергей Николаевич, вам нужна машина?» «А она мне но нужна, я больше на институтской машине ездить не буду, а причину я вам объясню, когда приеду».

Перейти на страницу:
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже