Дальше говорил о своей биографии. Он учился в художественном училище, кажется, на сценографа, на театрального художника, и у него получалось, но внезапно почувствовал некий жар слова. Уже почти закончив училище, ушел в Литературный институт. Учился в семинаре у Лидина. Шесть лет в институте увлекался книгами по философии и этике. Надо жить свободным, чтобы быть неуязвимым. Каждый должен найти свой собственный язык. «Я не научился побеждать на рынке». О нашем времени: «Объективно я чувствую себя в культуре, как среди развалин».
Говорил о том, что среди 11 человек, окончивших вместе с ним семинар, никто не стал писателем с большим именем, но все интересные люди и все писатели.
Меня удивило, что ребята не записывают. Эта встреча у них как объединенный семинар по современной литературе. Кое-кто уныло уставился в экран телефона, а девушка рядом со мною что-то читала.
Вечером ходил на премьеру балета «Ромео и Джульетта» на музыку Прокофьева в Большом театре. Мне это было особенно любопытно, потому что еще не прогорел жар после фокинского «Гамлета». Здесь для меня два важных момента. Первый: еще никогда я не видел такого юного и такого по-настоящему любящего Ромео. Это совсем молодой танцовщик Денис, два года назад окончивший хореографическое училище. Любопытно, когда после спектакля я оказался на сцене, где за уже закрытым занавесом как раз и шли уже настоящие поздравления, я вдруг услышал, как Григорович сказал парню: а ты, дескать, собирался уходить из Большого театра. Прекрасно танцевавшая более опытная Нина именно как Джульетта, с ее пафосом первых чувств, показалась мне уступающей в одухотворенности Денису. Второе я, собственно, сказал самому мэтру, когда его поздравлял с новой победой. Боже мой, такой почтенный возраст, а так мощно еще работают смыслы и фантазия! Балет, по сравнению с его прежней постановкой, совершенно другой. Так вот, Григоровичу я сказал, что сегодня он, конечно, победил, умудрившись не подмять под себя Шекспира. Рядом стоял Саша Колесников - конечно, именно он и протащил меня сквозь охрану как в госбанке на сцену, - он мне потом сказал, что эти слова Григорович, похоже, запомнит.
В спектакле меня больше всего поразила удивительная экспозиция, когда малыми средствами балетмейстер очень точно развел два веронских клана и показал накал эпохи. Я сразу вспомнил недавнюю свою поездку во Флоренцию. О простоте не говорю - она всегда признак большого стиля.
Вечером заглянул в Интернет, в свою почту. Главный редактор «Терры» пишет, что получил моего «Кюстина» - «оторваться невозможно». А я все рефлектирую и боюсь его показывать. Твердо решил утром уехать в Обнинск.
В процедуру моего сложного вставания и ритуала подготовки ко дню и жизни теперь кроме таблеток, еды, ванных и прочего вошло еще и измерение сахара в крови. Дело это, когда им овладеешь, несложное, за последние два месяца я, борясь с сахаром и по совету врача, похудел килограммов на десять, и надо сказать, неизмеримо лучше стал себя чувствовать. Конечно, диета, которой я себя изнуряю, достаточно жесткая: никакого хлеба, ничего мучного, никаких каш, никаких фруктов, ни картошки, ни бананов, ни кукурузы. В «репертуаре» - овощи, обезжиренный творог, кефир, рыба, вареное нежирное мясо. Но зато сахар в крови потихонечку падает, уже дней десять не выходит за пределы «семерки», и уже два дня держится в районе нормы - не переходит рубеж шести единиц.
