После обеда с подведения итогов из Ханкалы прилетел начальник штаба полка и довёл до офицеров, что полк признан худшим в группировке, а тут с огневой позиции первого дивизиона приезжает полковник Богданов, входящий в состав комиссии и с раздражением в голосе начал выкладывать свои замечания по дивизиону. По большому счёту серьёзных замечаний и нарушений он не обнаружил, но начальник штаба дивизиона майор Тругуб вместо того чтобы чётко ответить на все вопросы проверяющего и всё ему показать, начал изображать из себя усталого и замученного фронтовика, которого одолели тыловые крысы. Этот то и взбеленило вполне нормального полковника. Только выслушал раздражённого полковника в палатке появилась остальная комиссия и генерал присел за мой стол, я же вынужден был стоять перед ним, ожидая очередного разноса. Но генерал оказался доволен, в отличие от полковника, положением дел и порядком в дивизионах. Лишь высказал ряд серьёзных замечаний по огневой позиции миномётчиков 3го батальона: бардак, грязь, миномёты грязные, не обслуженные и ржавые. Боеприпасы разбросаны. Но в целом выводы хорошие.
* * *
Утро началось нормально, на завтрак не пошёл, а доел остатки вчерашнего куриного супа, выпил крепкого кофе, сдобренного хорошей порцие коньяка и был готов к работе. Сегодня командир полка решил провести строевой смотр, так как после обеда прилетит комиссия для приёма-передачи в другую группировку. Поэтому когда мы собрались в палатке ЦБУ, нас распределили по подразделениям – мне достался первый батальон. Но машины с батальона, которая должна отвезти меня до сих пор нету и это здорово «заводит» меня. Я несколько раз связывался с батальоном и в ответ слышал – ждите, машина вышла. Если машина не придёт в течение двадцати минут, то я сотрясу этот батальон и не посмотрю, что им командует мой друган – подполковник Игорь Калинин.
Машина с первого батальона так и не пришла. Хорошо, раз так – я подошёл к командиру полка и официально доложил : – ….Подполковник Калинин сознательно уклонился от выполнения Вашего приказа о проведении строевого смотра.
Пусть сам с ним разбирается. Где-то в двенадцать часов прилетел вертолёт с комиссией для приёма полка и с приказом о перемещении полка 12 февраля в район населённого пункта Чири-Юрт, что здорово меня обрадовало. Ту местность я прекрасно знал ещё по первой Чеченской войне. Будем менять 160 танковый полк полковника Буданова.
После обеда прилетел ещё один вертолёт с заместителем командующего Северо-Кавказского округа. Генерал-лейтенант увидел меня и очень обрадовался, типа: – Товарищ подполковник, у меня есть видеоплёнка, где вы своей немецкой каске ходите в атаку, а вокруг вас пули свистят…
Попросил меня принести каску, а когда принёс долго рассматривал её и я уже начал опасаться, что он не отдаст её и увезёт с собой. Но генерал смог преодолеть искушение и не без сожаления вернул её мне. Перед отлётом он отвёл меня в сторону и долго тряс руку, прощаясь, чем немало удивил всех.
Прилетел ещё один вертолёт, на котором прилетело офицерское пополнение. К нам в артиллерию прибыло 3 взводника. Старпом отвёл меня в сторону.
– Борис Геннадьевич, на хрен нам этот пограничник, Спиридонов, нужен. Толку от него никакого нет. Надо менять.
В принципе с Ржановым я был согласен. Вроде бы как человек, лейтенант Спиридонов, был неплохим, но командиром взвода, и именно начальника артиллерии, он к сожалению не тянул. Мы с Геннадием Николаевичем поговорили с вновь прибывшими лейтенантами и выбрали себе лейтенанта Шарова, а Спиридонова с другими взводниками отправили в первый дивизион.
Сегодня явно день прилётов и улётов: не успел улететь вертолёт, привёзший пополнение, как приземляется новый, а из него вылезает какой-то генерал и представляет нам нового командира полка – полковника Швабу. Теперь получается следующее: подполковник Зорин слетает с должности командира полка и становится начальником штаба полка, а начальник штаба полка подполковник Богомазов становится заместителем командира полка. Это здесь в военной обстановке, а в пункте постоянной дислокации и дальше Зорин остаётся командиром 276 полка. Дебилизм да и только. После представления, полковник Швабу объявил о завтрашней рекогносцировки в район Чири-Юрта. Выезжаем на КШМке командира полка.
* * *