/В. Маяковский «Облако в штанах»/
Предназначение – предубеждение – предчувствие – предвозвещение… Вот оно! Если никто не предвозвестил нас о нашем предназначении, значит, мы всё ещё свободны. Значит, фраза «я всё равно не…» – это лишь акт самоуничижения.
Значит, продолжим драться с судьбой врукопашную и, кто знает… вдруг победим?
Чай остывает… Пей.
Что ж, привет, или здравствуй. Могу говорить неформально?
В детстве было всё проще, я знала, что ты самый мудрый,
Дорогой Дед Мороз (или – Бог), у меня всё нормально,
Если снова пишу, значит, всё же надеюсь на чудо.
Сделай так, чтобы стала сильнее и крепче, как камень,
Даже если пытаться – никто никогда не разрушит.
Знаю, надо всё вынести, будто тяжёлый экзамен,
Я почти научилась молчать, когда требуют слушать.
Дай мне силы держаться над пропастью в трудное время,
Никого не винить, просто люди – разносчики боли,
Уходить, отпускать и с улыбкой прощаться со всеми,
Кто играл в моей жизни когда-нибудь главные роли.
Я нахально прошу тебя: дай мне забыть все обиды,
И зарыть те слова, что казались всесильными, в землю,
Попросить правосудия у беспристрастной Фемиды,
И остаться собой, а не чьей-то пугающей тенью.
Дорогой Дед Мороз, дай мне мужество двигаться дальше,
Пробуди спящий разум, ведь сердце схватило простуду,
Научи чистить правду, как лук, от обмана и фальши,
С Новым годом, прощаюсь. (Я буду готовиться к чуду).
Я снег на твоих ресницах. Застываю на пару лживых мгновений и стекаю по скользким щекам, едва удерживая равновесие. Засыпаю на твоих потрескавшихся губах. Остаюсь воспоминанием о неслучившемся поцелуе.
Я мурашки на твоей встревоженной коже. Устраиваю сумасшедшие гонки, как будто от их исхода зависит цвет твоего будущего. Когда ты закрываешь глаза, раскидывая руки в стороны и подпевая любимым исполнителям, я падаю в эту песню. Так счастливый ребёнок кидается в умытую дождём траву и слушает биение пока ещё маленького сердца… Когда-нибудь он печально улыбнётся, воссоздав в памяти навсегда упущенный момент.
Я – припев, я всегда повторяюсь, даже если ты закрываешь уши ладонями. Любая песня когда-нибудь заканчивается, но только не я; я снова начинаюсь и…
продолжаюсь до бесконечности.
Момент моего рождения запечатлён в том далёком пространстве, где возможно пересечение параллельных прямых, уже утративших надежду на долгожданную встречу.
Я нежная боль, живущая под твоими рёбрами. И если бы не ты, я никогда бы не заражалась вирусом гнева и уныния. В такие моменты гигантская крепкая рука выбрасывает меня из уютного пристанища. И тогда мне приходится танцевать, царапая острыми каблуками паркет твоего слабого сердца. Не волнуйся: я не хочу причинить тебе вред, только напомнить: в твоём уставшем теле всё ещё много жизни. Пользуйся, чёрт возьми! О чём ты только думаешь?
Я та энергия, которая всё делает одушевлённым. Пленник твоей ненадёжной крепости. Знаешь, даже когда она разрушится, не выдержав ледяного дыхания времени, я останусь. Возможно, мы ещё встретимся; возможно, я выберу новую крепость, но так ли это важно?
А сейчас замолчи, закрой глаза и прислушайся…
Слышишь, как всё тленное и ненастоящее уступает место бессмертию?
Ветер за окном звучит скрипичной сонатой.
Пристыженного скептика нелепый монолог,
Хтонических божеств безрадостная встреча,
Оставшийся в живых помешанный игрок,
Уверен в том, что время правда всех излечит.
Любовь, как спичка, гаснет в ледяных руках,
Ты где-то далеко, в какой-нибудь вселенной,
Не нужно больше ждать, останется в веках
Жена царя Итаки с верностью безмерной.
Я точно обойдусь, бесславно возвратясь,
Как пеной, захлебнусь своим последним словом,
Разрушили свою кармическую связь,
По разным берегам мы разойтись готовы.
По разным берегам – будь счастлив, полыхай,
Греши и забывай моё чужое имя,
Я следую судьбе – дорогам белых стай,
Не надо догонять, ведь эта боль остынет.
Послушай, мы могли перевернуть весь мир,
Могло быть всё счастливей, чем у Сида с Нэнси,
Трагический конец, как завещал Шекспир,
(я до сих пор Тебя —)
Для двух сердец уместней.
Quod licet Iovi, non licet bovi.
Так говорят мудрецы, но… что, если попробовать посягнуть на шершавую вечность, попросить у Бога краюшку хлеба и кружку молока, забраться в бочку, как один самоуверенный философ, и укутаться мечтой, словно пледом? Встать поутру, наполнив внутренним светом лукавый земной шар, найти старую лодку (в надежде, что выдержит) и отправиться в путешествие. Куда приведёт этот путь и что станет конечным пунктом назначения? Никто не смеет разгадать таинственный смысл собственного финала, и даже если впереди – пустота и мрак, я обязательно напишу эпилог о долгой и счастливой жизни для каждого из нас.
